Дневник революции

Дневник революции
Ноябрь–декабрь 1917 года

Ноябрь 1917

 

1 ноября

 

«Все стадии разочарования уже пройдены, кроме одной: народ должен еще разочароваться в большевиках», — писал Е. Н. Трубецкой А. Ф. Кони.

 

Газета «Труд»:

«В Петрограде — министры-большевики

Все служащие в министерстве труда отказались работать с захватчиками власти. Новый министр труда Шляпников (большевик) объявил, что уволит всех служащих, которые не явятся на службу.

При обыске в городской петроградской думе присутствовали новые министры, Троцкий и Антонов, оба они принимали личное участие в обысках.

Долой Ленина! Большевистское настроение падает. Часть войск выкинула флаги: «Долой Ленина».

Арест Центрофлота

Морским революционным комитетом большевиков арестованы члены “Центрофлота“, оставшиеся верными Временному Правительству.

Арест раненых юнкеров

Находившиеся в госпитале Зимнего дворца раненые юнкера арестованы и отправлены в Петропавловскую крепость.

Постановление Ц.И.К.П.С.-Р

Центральный комитет партии с.-р. постановил исключить из партии всех членов партии, принявших участие в восстании большевиков. Комитет призывает к бойкоту всеми мерами большевистского министерства.

В Москве

На улицах по-прежнему трещат пулеметы, рвутся шрапнели…

На Арбатской площади пусто. По всем углам стоят юнкерские патрули, изредка жужжат пули, проносятся одиночные казаки.

Патрули останавливают на каждом перекрестке и требуют предъявления пропуска. Кое-где с винтовками в руках стоят солдаты ударного батальона, прибывшие из Брянска. Рассказывают, как они пробирались с Брянского вокзала к Александровскому училищу, сначала в лодках по Москва-реке, потом отдельными группами через занятые большевиками части города.

У Боровицких ворот глухо и пустынно. Только изредка тишина нарушается одиночными выстрелами с крыш. Пули пролетают над головой.

Со стороны Пречистенки вдруг раздаются оглушительные, долго не прекращающиеся залпы. Опять работает пулемет. Две-три шрапнели разрываются в воздухе.

Угол Знаменки, против самых Боровицких ворот, имеет вид полного разрушения. Особенно пострадал угловой дом слева, весь изрешеченный пулями, с зияющими пустотами вместо стекол в окнах.

На Неглинной и в Александровском саду пусто.

У Троицких ворот юнкера и ударники наскоро перебрасывают кабель полевой телеграфной линии. Великолепная угловая пристройка у Троицкого моста сильно повреждена снарядом. Кругом разбросаны куски красного кирпича, а внизу, в самом саду, лежит одна из колонок моста, снесенная, по-видимому, с целью дать место пулемету.

Троицкие ворота, вопреки всем сведениям, целы, только старая кремлевская башня имеет на себе многочисленные следы от пуль и разбито стекло на иконе.

У манежа, между Кремлем и Моховой, казаки лихорадочно роют окопы.

В здании городской думы кипит нервная работа. Огромный дом городского самоуправления похож на муравейник. Здесь и гласные, и санитары, и юнкера, и члены президиума Совета Солдатских Депутатов, весь комитет партии соц.-рев.

Парадный зал думских заседаний полон людьми. На столе президиума в беспорядке лежат хлеб и консервы. В углу стоит на козлах несколько винтовок. На красных скамьях гласных спят юнкера, утомленные рядом бессонных ночей…

Сухаревская площадь забаррикадирована. Против Спасских казарм вырыты окопы, защищающие доступ к 192 пехотному полку.

Как и в других районах, идет беспорядочная стрельба. Есть убитые и раненые, главным образом среди проходящей публики.

Город весь во власти темных и противоречивых слухов.

Начинается паника, и на окраинных площадях открыто поговаривают о погромах».

 

2 ноября

 

Подал в отставку нарком просвещения А. В. Луначарский, но СНК с этим не согласился. На следующий день нарком выпустил обращение «Берегите народное достояние».

На заседании Петроградского комитета большевиков произнесено буквально следующее: «Мы никогда не считались с тем, будем ли мы победителями или нас победят».

 

4 ноября

 

Правый меньшевик А. Н. Потресов, некогда соратник Ленина, 1917 года в газете «Друг народа» высказался так: «Россия гниет. Россия заживо разлагается. Поэтому-то и кишит на теле ее так много большевиков — этих червей-могильщиков, живущих и могущих жить только в атмосфере распада…»

Одна из московских газет опубликовала «открытое письмо» студента Л. Резцова «Вопль отчаяния»:

«Месяца два тому назад я записался в студенческую фракцию партии народной свободы… Во время октябрьско-ноябрьских событий я всей душой стоял на стороне белой гвардии… Теперь… я, будучи принципиальным противником большевизма, выписываюсь из партии народной свободы… Россия в тупике, и единственный выход… — в большевизме».

 

Газета «Труд»:

Насилие над печатью

Вчера вечером отряд вооруженных людей занял от имени военно-революционного комитета типографию «Московского листка», где печаталась газета “Земля и Воля“. Присутствовавшему в типографии представителю “Земли и Воли“ было указано, что типография «реквизируется» группой анархистов и реквизируется так, чтобы “Земля и Воля“ с завтрашнего дня (4 ноября) должна оставить помещение типографии.

В виду того, что по вопросу о “реквизиции“ наборщиками типографии назначено общее собрание, представитель “Земли и Воли“ отложил всякие объяснения с захватчиками до выяснения результатов собрания.

Не мешает припомнить, какой крик поднимали господа большевики по поводу закрытия их газетенок, когда они принимали уж слишком погромный характер. А ныне, получив возможность топтать свободу слова и печати, они не только позакрывали так называемые «буржуазные» газеты, но начали закрывать и социалистические. Ибо изгнание в 24 часа “Земли и Воли“, есть, конечно, фактическое замаскированное закрытие.

Да здравствует большевистская “свобода печати“.

Нападение на ген. Брусилова

Вчера около 3 часов дня на улице был ранен генерал Брусилов».

 

5 ноября

 

Газета «Труд»:

«Новая ложь, бессовестное, сознательное одурачивание — вот чем хочет закрепить свою власть большевистский военно-революционный комитет. “Московская буржуазия пулеметами юнкеров и револьверами белой гвардии объявила восстание против народного правительства“, — говорит большевистский “манифест“. И это первая ложь.

Ибо, буржуазия вовсе не участвовала в кровавой схватке. Объявили восстание против народного правительства они, большевики.

Народным правительством“ Москвы была московская городская дума, избранная всеобщим голосованием. И вот большевики и большевистский военно-революционный комитет вооружили рабочих, подняли солдат, выкатили пушки и расстреляли эту всенародно избранную думу.

И первая кровь была пролита ими. Это была кровь юнкеров, охранявших здание думы и не угрожавших никому.

Враги народа, поднявшие вооруженную руку против революции, разбиты на голову“, — утверждает военно-революционный комитет. И это вторая ложь. Ибо те, кого расстреливали большевики, — не враги, а друзья народа. И это хорошо знает военно-революционный комитет.

Те, кто находился в думе и Кремле, те, от чьего имени действовали юнкера, были: Московская социалистическая городская дума, Исполнительный Комитет Совета Крестьянских Депутатов, президиум Совета Солдатских Депутатов, Всероссийский почтово-телеграфный союз и московский комитет партии социалистов-революционеров.

И против этих демократических и социалистических организаций шли с пушками и пулеметами одни большевики. Ведь из военно-революционного комитета ушли и меньшевики, и объединенцы, как только обнаружились захватнические намерения комитета.

Далее. Про эти демократические и социалистические организации «манифест» говорит, что им “нужно было снова возвратить землю помещикам“. И здесь — третья отвратительная, постыдная ложь. Потому что большинство тех, на кого подняли большевики вооруженную руку, были социалисты-революционеры, испытанные борцы за землю для народа.

Четвертая гнусная ложь большевиков в том, что они “победили“, что их противники “разбиты на голову и сдались“. Это ложь потому, что никто не разбит и никто не сдался. Комитет Общественной Безопасности, составленный из перечисленных выше организаций, не счел возможным только продолжать вооруженную борьбу с большевиками, потому что их военно-революционный комитет обрушил весь ужас военных действий не на думу, а на мирное население Москвы и на ее исторические святыни.

При таких условиях Комитет Общественной Безопасности должен был отказаться от борьбы оружием.

Но он не признал их власти в Москве.

И политическая борьба с большевиками будет продолжаться.

И еще одну ложь должны мы раскрыть немедленно. Манифест уверяет рабочих и солдат, что в Петрограде государственная власть перешла в руки Всероссийского Съезда Советов. Это — ложь потому, что Всероссийского Съезда Советов не было, а был съезд одних большевиков, да и то не всероссийский. В Съезде не принимали участия меньшевики, социалисты-революционеры, объединенцы, фронтовики и крестьянство. Все они ушли со съезда. Были на этом “всероссийском“ съезде советов одни большевики в количестве менее 300 человек.

Такой “съезд“ порядочные, уважающие себя политические партии объявляют частным совещанием.

Партия политических обманщиков поступила наоборот…

Таковы первые дни новой “власти“. Она опирается на силу пулеметов и на сознательный обман масс».

 

7 ноября

 

The New York Times от 7 ноября 1917 года.

«Большевики захватили правительственные здания и низвергли Керенского. Премьер собирает войска и объявляет Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов нелегальным, Временное правительство, вынужденное оставить дворец, поддерживает его, Северная армия предлагает помощь… премьер Керенский предпринял многочисленные меры предосторожности. Комитет рабочих и солдатских депутатов был признан нелегальной организацией. Солдат, охранявших правительственные здания, заменили людьми из учебных школ офицеров — юнкерами. Некоторое количество охранников было приставлено к посольствам. Женский батальон выставлен на площади перед Зимним дворцом».

 

8 ноября

 

Одна из американских газет штата Массачусетс сообщает:

«У нас есть доказательства, что Николай Ленин — немецкий агент, эти данные пришли из Амстердама. Местные газеты пишут, что Ленин может переломить ход войны. Появление ультиматума Ленина на руку Германии. Антанта переживает за союзников и надеется, что Россия останется в войне на их стороне. Мы, в свою очередь, считаем, что лучшее, на что Германия может надеяться, — на отсрочку своего поражения».

 

9 ноября

 

Всероссийский союз торговли и промышленности, представлявший интересы преимущественно московской буржуазии и предпринимателей центральной России, постановил выработать циркулярное воззвание, определяющее «общую линию поведения торгово-промышленного класса при создавшихся условиях».

Мнение Р. В. Иванова-Разумника:

«Партии омерзительны; фракционные раздоры и диктатура одного человека, искреннего, но недалекого, погубили революцию».

 

11 ноября

 

Газета «Буревестник», орган Федерации анархических групп.

Первый номер от 11 ноября 1917 г.:

«Товарищи анархисты! Пробил великий исторический час.

Полувековая наша тяжба, тяжба анархизма с социализмом, подходит к решительному концу, и ясно видно, что победа останется за нами.

Марксизм дает трещину за трещиной. Вторая революция, октябрьская, есть одна пощечина марксизму, один его крах… Большевики, как Ленин, никогда не были людьми марксистской догмы, а людьми живыми, людьми революции… Они люди дела, люди действий и решительны, насколько только социалист может быть решительным… Большевик ленинский, в сущности, есть только скверный, бессистемный и меньшевистский анархист… Сам Ленин есть лишь, так сказать, анархист-государственник, еще не окончательно освободившийся от марксистской фразеологии… Россия фактически своей второй, октябрьской революцией является авангардом общественного прогресса Европы».

 

13 ноября

 

Выступая в цирке «Модерн», анархист В. Л. Гордин пообещал: «Мы большевистское правительство низвергнем».

 

17 ноября

 

Анархист Г. Сахновский заявил в адрес большевиков:

«Не забывайте, что теперь есть группы более левые, чем вы».

 

21 ноября

 

Отрывок из текста обращения общего собрания Академии наук года, подготовленного комиссией в составе А. С. Лаппо-Данилевского, С. Ф. Платонова, М. И. Ростовцева, А. А. Шахматова:

«Великое бедствие постигло Россию — под гнетом насильников, захвативших власть, русский народ теряет сознание своей личности, своего достоинства; он продает свою душу и ценою постыдного и неравного сепаратного мира готов изменить союзникам и предать себя в руки врагов… Россия не заслужила такого позора: всенародная воля вручает ответственное решение ее судьбы Учредительному собранию».

Правда, некоторые академики склонялись к сотрудничеству с большевиками. Бывший министр просвещения Временного правительства, востоковед С. Ф. Ольденбург поверил в искренность Ленина, но решительно отказывался верить Троцкому и Луначарскому.

 

27 ноября

 

Признание М. И. Скобелева:

«Стихиями мы все равно управлять не умеем».

 

28 ноября

 

Свидетельства очевидцев:

«В петроградской городской думе противники большевиков строили планы к открытию Учредительного собрания. Рассчитывали, что на демонстрацию в поддержку российской конституанты выйдут рабочие. Надеялись, что к демонстрантам присоединятся солдаты-семеновцы, которые в случае сопротивления большевиков силой проложат депутатам путь в Таврический дворец…»

«В день демонстрации на улицах было «полупразднично», большие магазины были закрыты. На улицах возникали митинги, ораторы, как всегда, “несли вздор“. Затем где-то раздались выстрелы, толпа шарахнулась, но не очень“. А в трамваях солдаты скалили зубы над демонстрантами, им, как видно, дали команду “не путаться по улицам и не скандалить“, а потому они только хихикали: “Берегите Учредительное собрание… Разгонять не надо, разве дать кулаком в ухо… Ишь ты, несут плакаты. Кажись, все жиды несут…“»

А. В. Тыркова, член кадетского ЦК:

«Никакие парламентские пути не выведут теперь Россию на дорогу. Слишком все спутано, слишком темно. И силы темные лезут… душат».

 

Декабрь 2017

 

2 декабря

 

Исполком Петросовета санкционировал роспуск Спасской районной думы, служащие которой забастовали.

 

3 декабря

 

Телеграмма № 1925

Берлин, 03.12.1917 г.

Секретно!

«…Россия оказалась самым слабым звеном во вражеской цепи. Следовательно, задача в том, чтобы постепенно ослабить эту цепь и, по возможности, удалить ее вовсе. Это было целью подрывной деятельности, которую мы проводили в России за линией фронта — в первую очередь поддержка сепаратистских тенденций и большевиков. Только когда мы по разным каналам и под разными предлогами обеспечили большевикам постоянный приток фондов, они сумели проводить энергичную пропаганду в своем главном органе «Правде» и значительно расширить прежде весьма слабый базис своей партии.

Теперь большевики пришли к власти, сколько времени они сумеют продержаться — сказать невозможно. Им нужен мир, чтобы укрепить свою собственную позицию, с другой стороны, в наших интересах использовать этот период, пока они находятся у власти (а период этот может оказаться коротким), чтобы добиться сначала перемирия, а затем, по возможности, мира. Заключение сепаратного мира означало бы достижение намеченной цели, а именно — разрыва между Россией и ее союзниками. Напряжение, которое непременно будет вызвано таким разрывом, определит степень зависимости России от Германии и ее будущие отношения с нами. Как только бывшие союзники бросят ее, Россия будет вынуждена искать нашей поддержки.

Мы сможем оказать России помощь разными путями: во-первых, восстановив железные дороги (я имею в виду немецко-русскую комиссию, под нашим контролем, которая займется рациональной и координированной эксплуатацией железных дорог, чтобы быстро восстановить движение грузов), затем — выдав ей значительную ссуду, необходимую для сохранения своего государственного механизма. Это может иметь форму аванса под обеспечение зерном, сырьем и т. д. и т. п., которые Россия будет поставлять нам под контролем вышеупомянутой комиссии. Помощь на такой основе — масштабы ее могут быть увеличены по мере необходимости — будет, на мой взгляд, способствовать сближению между обеими странами…

Смею надеяться, что вышеизложенные соображения не выходят за рамки указаний, данных мне Его величеством.

Прошу Вас соответственно доложиться Его величеству и сообщить мне телеграммой Его высочайшие инструкции.

«Кюльман».

(Рихард фон Кюльман возглавлял немецкий МИД с августа 1917 по июль 1918 года. Подготовил и подписал со стороны Германии Брестский мир).

 

7 декабря

 

Постановлением Совнаркома создана Всероссийская чрезвычайная комиссия при Совете Народных Комиссаров по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК).

Из записки В. И. Ленина Ф. Э. Дзержинскому:

«Буржуaзия идет нa злейшие преступления, подкупaя отбросы обществa и опустившиеся элементы, спaивaя их для целей погромов. Сторонники буржуaзии, особенно из высших служaщих, из бaнковских чиновников и
т. п., сaботируют рaботу, оргaнизуют стaчки, чтобы подорвaть прaвительство в его мерaх, нaпрaвленных к осуществлению социaлистических преобрaзовaний. Доходит дело дaже до сaботaжa продовольственной рaботы, грозящего голодом миллионaм людей. Необходимы экстренные меры борьбы с контрреволюционерaми и сaботaжникaми…»

ИЗ ПРОТОКОЛА № 21 ЗАСЕДАНИЯ СНК:

«Председательствует В. И. Ленин

Слушали:

9. Доклад Дзержинского об организации и составе Комиссии по борьбе с саботажем.

Состав (еще не полный): 1) Ксенофонтов, 2) Жиделев, 3) Аверин, 4) Петерсон, 5) Петерс, 6) Евсеев, 7) Трифонов В., 8) Дзержинский, 9) Серго? 10) Васильевский?

Задачи комиссии: 1) Пресек{ать} и ликвидир{овать} все контрреволюционные и саботажнические попытки и действия по всей России, со стороны кого бы они ни исходили.

2) Предание суду Революционного трибунала всех саботажников и контрреволюционеров и выработка мер борьбы с ними.

3) Комиссия ведет только предварительное расследование, поскольку это нужно для пресечения.

Комиссия разделяется на отделы: 1) информационный, 2) организационный отдел (для организации борьбы с контрреволюцией по всей России и филиальных отдел{ов}), 3) отдел борьбы. Комиссия сконструируется окончательно завтра. Пока действует Ликвидационная комиссия Военно-революционного комитета. Комиссии обратить в первую голову внимание на печать, саботаж, к. д., правых с.-р., саботажн{иков} и стачечни{ков}. Меры — конфискация, выдворение, лишение карточек, опубликование списков врагов народа и т. д.

Постановили:

9. Назвать комиссию — Всероссийской чрезвычайной комиссией при Совете Народных Комиссаров по борьбе с контрреволюцией и саботажем — и утвердить ее.

Опубликовать».

 

8 декабря

 

Сподвижник Дзержинского Яков Петерс пишет о создании ВЧК: «Вчера были на Гороховой. Дом бывшего градоначальника — пустой, с выбитыми окнами. Нас двадцать три человека, включая машинисток и курьеров. Вся «канцелярия» — в тощей папке Дзержинского; вся «касса» — у меня в кармане кожаной куртки. С чего начать?»

В. И. Ленин Благонравову и Бонч-Бруевичу:

«Аресты, которые должны быть произведены по указаниям тов. Петерса, имеют исключительно большую важность, должны быть произведены с большой энергией. Особые меры должны быть приняты в предупреждение уничтожения бумаг, побегов, сокрытия документов и т. п.

Председатель Совета Народных Комиссаров В. Ульянов (Ленин)».

 

9 декабря

 

Газета «Известия ВЦИК»:

«Отдельные союзные офицеры, члены союзных военных миссий и посольств позволяют себе самым активным образом вмешиваться во внутреннюю жизнь России, разумеется, не на стороне народа, а на стороне контрреволюционных империалистических калединско-кадетских сил. Мы предостерегали этих господ не раз. Но настал, по-видимому, час последнего предостережения. Виднейшие представители Соединенных Штатов оказываются замешанными в калединский заговор; они принимали все меры, чтобы оказать ему содействие. Под видом поезда Красного Креста, предназначавшегося для Юго-Западного фронта, американские офицеры в Яссах, г. Андерсон и Перкинс и их соучастники, русские офицеры Колпашников и Верблюнский, сделали попытку обмануть бдительность советских властей, отправить несколько десятков автомобилей и многое другое на Дон, в распоряжение Каледина.

Заговор оказался раскрыт. Полковник Колпашников и другие его участники арестованы. Захвачены бумаги исключительной важности. В телеграмме г. Андерсона, начальника американской миссии Красного Креста в Яссах, полковнику Колпашникову поручается получить у г. Френсиса, посла Соединенных Штатов, 100 000 руб. на отправку поезда… в Ростов. В захваченных у Колпашникова бумагах имеется подписанное г. Френсисом удостоверение в том, что поезд идет “из Петрограда в Яссы“. Сейчас этот таинственный поезд никуда не пойдет. Он задержан в Петрограде Советской властью.

Заговор раскрыт. Заговор американских (и не только американских) империалистов с калединцами. Нити этого заговора ведут, как мы видели, очень высоко.

Слово за г. Френсисом! Слово за теми, кто его сюда послал…»

 

Воззвание Совнаркома «Ко всем товарищам рабочим России о прекращении изготовления предметов военного снаряжения и о переходе промышленности к производству предметов мирного обихода».

Роспуск красными Нарвской районной думы за антисоветскую позицию и забастовку ее сотрудников.

В Брест-Литовске открываются мирные переговоры между Советской Россией и Германией. Одновременно в Париже проходит конференция представителей Англии, Франции, США. Она принимает решение об оказании всемерной помощи контрреволюционным правительствам Украины, Дона, Финляндии, Сибири и Кавказа.

 

14 декабря

 

Декрет ВЦИК о национализации банков.

 

17 декабря

 

В. И. Ленин — Инессе Арманд в Цюрих:

«Дорогой друг!.. Ходите ли на лыжах? Непременно советую: архиполезно…»

 

21 декабря

 

ПРАВКА ПРОЕКТА ПОСТАНОВЛЕНИЯ СНК О РАЗГРАНИЧЕНИИ ФУНКЦИЙ МЕЖДУ НАРОДНЫМ КОМИССАРИАТОМ ЮСТИЦИИ И ВЧК:

1. «Всероссийская комиссия» при Совете Народных Комиссаров учреждается для целей беспощадной борьбы с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией.

2. (Итоги) Результаты своей работы она передает в Следственную комиссию при Революционном трибунале или прекращает дело.

3. Работа этой комиссии протекает при ближайшем наблюдении Народных комиссариатов юстиции и внутренних дел, а равно президиума Петроградского Совета. Следственные же комиссии при Революционном трибунале при ближайшем наблюдении Народного комиссариата юстиции и президиума Петроградского Совета.

4. Составы обеих комиссий публикуются во всеобщее сведение.

5. Для работы «Всероссийской комиссии» вводится инструкция, вырабатываемая ею и Народными комиссариатами юстиции и внутренних дел.

6. Аресты и возбуждение дел против членов Учредительного собрания и других лиц, задержание которых имеет выдающееся политическое значение, происходят лишь с ведома Народного комиссариата юстиции и внутренних дел).

7. Об арестах, имеющих выдающееся политическое значение комиссии, извещают Народные комиссариаты юстиции и внутренних дел.

8. Всякие задержания должны влечь за собой обязательное предание суду или быть прекращаемы.

9. Конфликты, не разрешенные соглашением Народных комиссариатов юстиции, внутренних дел и президиума Петроградского Совета с комиссиями, восходят на окончательное разрешение Совета Народных Комиссаров, не останавливая обычной деятельности (и оспоренных мер соответствующей комиссии) соответствующих комиссий.

 

22 декабря

 

Начались массовые аресты ВЧК руководителей забастовки служащих (более 130 человек); разгром контор Союза трудовой интеллигенции, Союза инженеров, Союза союзов служащих государственных учреждений.

 

24 декабря

 

Из дневника девочки Муси Даевой:

«24 декабря 1917 г.

Еще вчера мы украсили елку, а сегодня папа повесил дождь. Какая красивая у нас елка! Просто прелесть. Вечером мама и папа зажгли ее и позвали нас… Елка у нас недолго горела: ее скоро потушили, и мы пошли в столовую пить чай… Мама дала нам по яблоку, по конфете, немного меду и по маленькому кусочку шоколада».

 

Гражданин Николай Романов (бывший царь Николай Второй), находящийся вместе с семьей под арестом в Тобольске, пишет в своем дневнике:

«24 декабря. Воскресенье.

В 12 час. Была отслужена в зале обедница. До прогулки готовили подарки для всех и устраивали елки. Во время чая — до 5 час. — пошли с Аликс в караульное помещение и устроили елку для 1-го взвода 4-го полка. Посидели со стрелками со всеми сменами до 5 1/2 часа. После обеда была елка свите и всем людям, а мы получили свою до 8 час. Всенощная была очень поздно, началась в 10 1/2, т. к. батюшка не успел прийти из-за службы в церкви. Свободные стрелки присутствовали».

 

Из дневника русского генерала Будберга:

«Сильный мороз и снежная метель; ко мне заходили солдаты, приехавшие с фронта, поздравить с наступающим праздником (как будто бы может быть какой-нибудь праздник при теперешней обстановке), рассказали, что на фронте совсем тихо, в ротах остались только те, кому идти некуда или не охота возвращаться домой — человек по 20–25 в роте; это сразу облегчило продовольственный вопрос, и едят сейчас на фронте обильно и хорошо».

 

25 декабря

 

Из дневника Муси Даевой:

«25 декабря 1917. Сегодня к нам пришли священники славить Христа. Вечером в гости пришли дети. Зажгли елку и мы танцевали. Очень веселый в этом году был первый день Рождества… В окно гостиной, где мы танцевали, смотрели Глеб Павловский, Сима, Сергей и Николай Юдины, Егорушка Ашмарин, дворничиха Матрена и, кажется, еще и дворник Илья».

Из дневника Николая Второго:

«25-го декабря. Понедельник.

К обедне пошли в 7 час. в темноте. После литургии был отслужен молебен пред Абалакской иконой Божией матери, привезенной из монастыря в 24 верстах отсюда. Во время прогулки зашли еще раз в караульное помещение. Днем работал со снегом. До обеда прорепетировали пьесу основательно».

Генерал Будберг пишет в своем дневнике:

«Вспоминается прошлое Рождество среди частей 70 дивизии, в расцвете боевых надежд, когда такой близкой казалась возможность скорой победы над врагом, когда и в мыслях не могло быть, что придется встречать следующее Рождество в такой ужасной обстановке».

 

26 декабря

 

Муся Даева записывает:

«Обедали очень долго. Взрослые очень долго закусывали, ели суп и глухаря, и нам было очень скучно».

 

28 декабря

 

В. Г. Короленко:

«Наконец — “оно“ пришло. Полтава три дня пьянствует и громит винные склады. Началось с того, что “штаб“ (украинский) постановил угостить своих солдат на праздники интендантским вином. Члены большевистского “совета“ предостерегали от этого, но добродии-украинцы не послушались. В сочельник к вечеру приехали к Скрыньке и стали наливать вино, стоявшее у него на хранении. При этом никаких предосторожностей принято не было. В погреб проникли сторонние солдаты. Им тоже “благодушно“ наливали в посудины. Толпа увеличивалась, начался разгром, который вскоре раскинулся по всему городу».

 

31 декабря

 

ПРЕДПИСАНИЕ ОБ АРЕСТЕ ВСЕХ ЧЛЕНОВ РУМЫНСКОГО ПОСОЛЬСТВА, МИССИИ И СЛУЖАЩИХ ОФИЦИАЛЬНЫХ РУМЫНСКИХ УЧРЕЖДЕНИЙ:

«Предписывается арестовать немедленно всех членов румынского посольства и румынской миссии, а равно всего состава служащих при всех учреждениях посольства, консульства и прочих официальных румынских учреждений».