Дурак из сарая

Дурак из сарая
Сибирские побасенки

Дорогие читатели! В устном народном творчестве Сибири побасенки — это самоцветы народного юмора. Более тридцати лет (с 1984 по 2016 г.) я собирал побасенки. Записывал в Новосибирской, Томской, Тюменской и других областях. Сегодня сундучок собирателя полон. Очищенные от пыли и грязи, эти камушки блестят, переливаются. И я представляю вам свою коллекцию.

Сибирские побасенки... Они из прошлых времен и из времен нынешних. Живут по своим фольклорным законам. Передаются из уст в уста. Порой побасенки забываются, остаются в памяти редких людей. Вот тут и служит свою службу старатель-собиратель.

В побасенках люди высмеивают жадность и хитрость. Смеются над глупостью, завистью и ленью. А мы восхищаемся остроумием народа, его талантом, неистребимостью русского духа.

Литературная запись автора имела только одну цель: привлечь внимание читателей к сибирским побасенкам. Эта запись сделана бережно. С удержанием всех особенностей народного языка. Слава богу, что живут еще в деревнях, городах и селах талантливые рассказчики. Встречи с ними сохраняются в памяти, подвигают на новые поиски.

В селе Орехов Лог Краснозерского района Новосибирской области я встретился с Матреной Павловной Богдановой. Ей девяносто семь лет. Но, несмотря на годы, это душевный, теплый человек.

Мы — хохлы. По-хохляцки балакали. И коровы по-нашему балакали. Щас обрусели...

Я говорю:

Матрена Павловна! Давайте так: я расскажу вам свои побасенки, которые знаю, а вы мне — ваши, хохляцкие.

Смеется:

То ж надо бутылку!

Ивана Егоровича Голубенко из Краснозерского мне представили как веселого рассказчика, шутника. А он заявил:

Пока не расскажу тебе всю свою печальную жизнь — побасенки рассказывать не буду...

Немало сибирских побасенок я записал от моей бабушки — Прасковьи Сергеевны Демьяненко. По памяти. После ее ухода из жизни. Речь бабушки была пересыпана шутками, приговорками. Побасенки сдобрены сибирским говором. Дождик у нее — «матросит», дать пощечину — «брызнуть», отклячить — «отторбучить».

Низкий поклон и огромная благодарность всем рассказчикам побасенок. Искры народного юмора, которые они сберегли, будут приносить людям радость. А моя собирательская работа будет продолжаться. И я готов к новым встречам с рассказчиками сибирских побасенок.

Автор

 

Ярмарка

Поехал мужик на ярмарку. Мясом торговать. Взял еще сапоги на продажу. На торгу мясо продал. Хватился — деньги украли! Смотрит, позади корова стоит. Жует чего-то.

Подошли два мошенника:

Хозяин! Сапоги продаешь?

Продаю.

Дай примерить.

Мужик подал один сапог. Мошенник его надел — и бежать!

Другой кричит:

Давай второй! Я его догоню — сапогом зашибу!

На, — говорит мужик.

И второй убежал. Стоит, сердяга. Ждет свои сапоги. Мимо кум на телеге едет.

Здорово живешь, кум!

Здорово!

Ты чего стоишь?

Да вот, мясом торганул — деньгу скотина съела. Сапоги убежали: один удрал, другой за ним погнался. А мне и отойти нельзя: принесут сапоги, а меня нету…

 

Перепутала

Припозднился казак в дороге. Решил у вдовушки заночевать.

Заходи! — говорит вдова. — Тут как раз батюшка ночует.

Батюшка оказался знакомый. Ну, и они за встречу — по единой. Потом — по другой. Пока под стол не упали оба. А еще давеча, со свежей головы, они вдове наказали так.

Батюшка:

Ты меня рано не буди. У меня завтра службы нету.

Казак:

А меня подыми пораньше. Путь неблизкий. За день бы управиться. Да смотри, ничего не перепутай!

Вот утром еще темно.

Вдова казака расталкивает:

Вставай! Пора в дорогу.

Тот спросонья в чем был — на коня и поехал. Солнце поднялось. Казак на солнце перекрестился, в поклоне голову опустил. Смотрит, а на нем ряса.

Всплеснул руками:

Вот баба дура! Так и знал, что перепутает. Вместо меня попа разбудила...

Догоняшки

Вздумала теща испытать зятя. Догонит он теленка или нет? Будто нечаянно выпустила животинку. Теленок — из ворот и понесся по улице. Зять бежал, бежал за ним. Выдохся и упал.

Поднимается и говорит:

Тебя бы оженили... Посмотрел бы я, как бы ты бегал...

Иди к бабке

Дед с бабкой сели обедать. Зачерпнули из чашки.

Дед говорит:

Бабка! Суп-то несоленый.

Да я чую, — отвечает бабка. — Иди, дед, к соседям за солью.

Тебе надо — ты иди, — не соглашается дед. — Я соленого супа не хочу.

Пошла бабка за солью. Принесла. Посолила у своего края.

Ты, дед, моего соленого супа не ешь.

А ели они из одной чашки.

Дед ложкой от себя отгребает:

Не иди, соль, ко мне. Иди к бабке.

Она видит, что суп перемешивается, и говорит:

Сукин ты сын! Все равно обдурил бабку. И за солью не пошел, и соленый суп есть будешь.

Капуста

Приехал в село на практику молодой агроном. На полевом стане зашел в столовую. Повариха режет кочан свежей капусты. А рядом в миске — кислая капуста.

Он спрашивает:

Вы щи варите из свежей капусты?

Из свежей.

Он попробовал кислую:

Очень хорошая капуста! Оставьте на семена...

Пересолил

Шел солдат со службы. А в царски-то времена отпускных солдат полагалось кормить без платы. Зашел в харчевню. Хозяйка жадная.

Буркнула:

Нету ничего.

Он говорит:

Ладно. Налей хоть щей немного.

Та налила маленько. Солдат посолил, попробовал.

Ой! Пересолил. Добавь еще.

Она добавила. Он во второй раз попробовал.

Солоно. Подбавь чуток.

Она подбавила. Так и наелся.

Пойдем умоемся

Две телятницы работали на ферме. Накормили телят, управились. Пошли на обед.

Одна спрашивает:

У меня лицо грязное?

Другая говорит:

Нет, чистое. А у меня?

А у тебя — как у меня.

Тогда пойдем умоемся…

Лапти не хотят

Вышла баба из дома на солнышке погреться. Села на завалинку. А дом стоял на бугре.

Мимо идет мужик пьяный. В лаптях. Смотрит: баба видная, ляжки толстые. Полез к ней на пригорок. Только доберется — оскользнется, скатится. Опять лезет. Снова доберется — оскользнется, скатится.

Выругался и говорит:

Все тело захотело. Только лапти одни не хотят...

 

Пистолет искали

Посадили цыгана в тюрьму. Жена пошла собирать милостыню. Кусков хлеба насобирала. Принесла цыгану передачу.

Он узелок развязал и говорит:

Ишь как хлеб поизрезали! Кусок к куску и то не подходит. Наверно, пистолет искали...

День или вечер?

Идут по деревне два мужика и спорят.

Ты глаза разуй! — кипятится один. — Божий день сейчас на дворе!

Нет! — стоит на своем другой. — Уже вечер!

Дело чуть не до драки.

Навстречу идет парень. Спорщики — к нему:

Рассуди нас, парнище! День сейчас или вечер? Только смотри не ошибись.

Парень подумал и ответил:

Да я, братцы, нездешний...

Два заики

Встретились на узком мосточке два заики.

Один другому говорит:

Т-т-т-ты по-по-по-посторонись!

Другой упрямится:

С-с-с-сам по-по-по-посторонись!

Ты чего д-д-д-дразнишься? — прищурился первый.

Я не д-д-д-дразнюсь, — доказывает второй.

Первый ему бац — в ухо! Тот упал в воду и кричит:

Спасите! То-то-то-тону!

А первый еще пуще злится:

Вот га-га-га-гад! То-то-то-тонет, а все д-д-д-дразнится!

Пестрого — не трожь!

Жинка моя собралась на базар. В большое село, за тридцать верст. Да мне и наказывает:

Ты тут без меня крылечко поправь. Калитку почини. Да гляди, чтобы куры в огород не зашли.

Она — за порог. У меня другая забота: кум Петька придет, а встретить нечем. Жинка бражку заховала куда-то. Всю хату облазил. Не нашел. Лагушок с бражкой как сквозь землю провалился. Вышел на крылечко. Гляжу: пестрый петух уже в огороде. Сидит на кусте картошки, кукарекает. Ну че, выгонять надо. И тут меня будто в бок торкнуло: «Петух — на картофельной ботве?!» Подхожу. А петух-то, оказывается, на лагунке с бражкой стоит. Это он мне кукарекал: «Вот, мол, куда его твоя жинка припрятала!»

Погуляли мы с Петькой...

Жинка домой воротилась. Я ей строго-настрого:

Осенью будешь рубить курей — пестрого петуха не трожь! Он шибко умный.

 

Дурак из сарая

Шел солдат со службы. Зашел в деревню. В одной избе попросился на отдых.

Нет, сынок, — говорит ему дед. — У нас изба маленькая, места мало. Вон дома есть побольше.

Пошел дальше солдат. Бабка вышла. Спрашивает:

Кто это был?

Да вот. Двадцать пять лет служил солдат. Домой идет.

Бабка давай его ругать:

Дурень ты старый! У нас ведь сын тоже в армии служит. Вороти солдата.

Дед побежал.

Сынок, сынок! Воротись.

Солдат вернулся.

Дед с бабкой говорят:

Ты нас прости, ради бога. Ладно, найдем тебе место.

Накормили солдата. Напоили чаем. Пришел вечер.

Дед спрашивает:

Сынок! Тебя где спать положить? В комнате, где внучка Рая, или в сарае?

Солдат говорит:

Да мне все равно. Сарай у тебя хороший.

И пошел спать в сарай. Утром выходит. Во дворе девка умывается. Красавица ненаглядная. Он подошел. Поздоровался.

Спрашивает:

Тебя как зовут?

Она говорит:

Я — внучка Рая. А ты кто?

А я — дурак из сарая…

Самовар

При советской власти, значит, в деревне раскулачили одну семью. А среди тех, кто раскулачивал, оказался свой же, родственник. Богоотступник-коммунист. «Мироеды, — говорит, — вы!» Оставили семье избушку. Прочее имущество забрали. Но каким-то чудом они сумели сохранить самовар. В те времена он был признаком достатка, стоил дорого.

И вот иуда-родственник, зная точно, что был самовар, задумал его у них отнять. И никак не может. Ходит обыскивает и днем, и рано утром, и вечером. А то возьмет в обед нагрянет. Чует: дымком самоварным пахнет. Видит, чай разлит по стаканам. А самовара нет.

Взмолился:

Братцы! Ну покажите, куда самовар прячете. Я все обыскал на сто рядов. Сна через вас лишился.

Они говорят:

А не заберешь, ежели покажем?

Не заберу.

Побожись.

Нельзя мне божиться. Честное слово даю.

И они показали. Как своего сыщика в окно увидят — хватают самовар, бегут с ним в сени и опускают… в бочку с водой. Самовар только углями пшикнет — и уже на дне. Ищи-свищи. Попробуй догадайся…

Вероотступник рот разинул от удивления. Но сдержал слово. Не забрал у сродников самовар.

Петух

Мужик у своего кума нагостевался, наугощался. Идет домой. Петух клевучий налетел да как долбанул его в лоб!

Мужик отмахивается:

Ты гляди!

Петух опять разогнался — бац!

Мужик отмахивается:

Ты гляди!

Петух снова налетает. Осерчал мужик. Достал бутылку водки и в петуха — на!

В петуха не попал. Бутылку разбил. Пошел домой. Взял ружье. Петух видит такое дело, взлетел — и под крышу бани. Мужик в угон дуплетом — бабах!

В петуха не попал. Баня от пыжа загорелась. Люди кинулись тушить пожар.

А мужик кричит:

Не надо! Не тушите! Пусть он сгорит вместе с баней…