Если кто виноват

Если кто виноват

Стихи

СВЕТЛЫЙ

 

Раскрой ладошки! Из пустоты, –

Да, сейчас, да, на этом вот самом месте, –

Капли выпрыгивали на листы –

Тополя, томика, жести.

 

Раскололось время. И выскочил наружу светлый.

Словно шипучий напиток. Везде. – Из разбившейся чашки.

Ничего! С себя-то я его быстро сразу вытер

Длинными рукавами счастливой рубашки.

 

Вечер. Был светлый в коробочке времени заперт.

Стучался – как пальцем в окно, – случайный прохожий, что ли?

Все рвался – то на восток, то на юг, то на запад.

Но день раскололся мой. И он загудел на воле.

 

Чуть не расплескалась Атлантики этой кадка.

К северу, к берегу ближе – ледышки, рифы – их мы

Вдруг обнаруживаем. Будто из-под подкладки –

С прошлых эпох, знать, – звякнет монетка рифмы.

 

Стань деловаром воздуха, сходи за три моря.

Что тебе – (себе говорю) – дядьки да тетки. Помни:

Песни. Песни – дымки над деревней мира.

Солнце в ладони – мягкие губы пони.

 

Видимо, Африка. Дальше уже не деться.

Еще мне расскажи про ребяток в порту Кейптауна.

Шар на ладони. Сны – зоосады детства.

Этой толщей, похоже, нам еще припрятана тайна.

 

Вон – парусные на Азове – будто выкатились арбузы.

Будто громко какой Багрицкий дунул сквозь век ветрами.

Жаль, не до них уже. Тут музы иные.

………………………………………………………………

И расправляют медузы

В иной стихии оснастку бесшумную свою под волнами.

 

 

* * *

Так легко тут по саду бродить. Но снова…

Во! –

как сейчас, – что-то зовет. Велит –

туда, где первенцы Иова, –

туда, где Лилит. Лилит.

 

 

* * *

Нити наших словес,

заплетаясь, сцепляясь,

превращаются в занавес,

нам за давностью нравясь,

в окнах нынешний вид

и другие края,

как спадающий твид,

занавешивая.

А там лес, и поля, и моря.

Но в тот путаюсь гул, говоря.

 

Если кто виноват, то из них я – последний –

(и ты, брат, отцепись от меня, сделай милость!)

что когдатошние – вот – словечки мои

вслух на куче большой, тридцати-пяти-летней

на издохшей любви, на засохшей крови

вдруг проснулись, опомнились, бл.! распустились

воплотились, тьфу! – сам не рад, да уж куда…

были, стало быть, тучными – мимо – года.

В них могильные сверлят – историю – сплетни.

 

 

* * *

Под небесами синими

Где-то в траве овражной

Упал мой дружок по имени…

Впрочем, это даже неважно.

 

И ко мне на другую сторону,

За океан соленый

Букв долетели вороны

Без всякого почтальона.

 

Я катился и пел вполголоса,

И съехал с обочины вправо.

И лег, и стал, словно волосы,

Хватать, раздвигать эти травы.

 

Приветик, кузнечик в зелени!

Я рад, что на этом свете

Электроновость медленней

Прыжков твоих по планете.