Гипнотический шар

Гипнотический шар
Стихотворения

ПРОЩАНИЕ

 

Теплоход так отходит от берега,

Как прощается старенький гость.

Ждёт буксир-поводырь где-то спереди,

За кормой пенный шлейф, словно трость.

 

Лишь мелодия смолкнет прощальная,

Разойдётся оркестр духовой –

Загрустит мостовая причальная,

Оставляют её не впервой.

 

Встрепенётся полуденный колокол,

Гулким боем в такт сердцу звоня,

Усмехнётся серебряным сполохом

И застынет в событии дня.

 

Вот дымок из трубы весь развеется,

И в волнах – никакого следа,

Но душа будет ждать и надеяться,

Что корабль вновь вернётся сюда.

 

 

ДОЖДЬ

 

Дождь – колючка, милый кактус,

Летний антипод жары,

На твой шум я откликаюсь,

«Выползаю из норы».

 

Гордым шагом по асфальту

Утверждаю сам себя.

Может, выполнить мне сальто

В зыбком кружеве дождя

 

Иль позвать пройтись девчонку –

Ну хотя бы до ворот –

И услышать лишь вдогонку:

«Я приду, как дождь пройдёт»?

 

И бродить мне в одиночку,

Сдав себя на милость струй,

Добровольно взяв отсрочку

На желанный поцелуй.

 

 

***

 

Этот гуру вещает. Его ты послушай –

И весь свет через голову прыгнет свою:

Всё не так, всё не то, день – как ночь, и к тому же

Ты свободен от мира, от слова «люблю».

 

Дверь ли хлопнет, окно ль заскрипит нараспашку –

Это знак, со Вселенной, поди ж, перезвон!

Не гляди, что сосед ходит в стильной рубашке, –

И в тряпье, и в шелках будь собой, Робинзон!

 

Никому ты не должен, займись отрицаньем

Всех устоев и опыта прежних веков,

Усмехаясь, с великими спорь мертвецами,

Не стыдись, избавляясь от ложных оков…

 

Этот гуру вещает. Подружки с восторгом

Обступают любимца, вкушая гипноз.

Он вот с этой глазастой пребудет недолго,

После с той иль с другой – для него не вопрос.

 

Он сумеет вскружить на короткое время

Юный разум. Затем – от ворот поворот.

Но даст пышные всходы проросшее семя –

И, глядишь, новый гуру раскроет свой рот.

 

А стареющий мэтр вдруг нарушит присягу,

Что он пастве давал, отрицать всё вокруг,

И прибегнуть к врачам посчитает за благо,

И к молитве – авось, та избавит от мук…

 

Мы бессмертны и мозг ерундой забиваем,

Пока годы – не гири, а ветер в крыло,

И, счастливые, напрочь о том забываем

Неизбежном, подумать о чём тяжело.

 

 

***

 

Женщине, курящей «Беломор»,

Выпал день рожденья, и в конторе,

Где она – бухгалтер, будут вскоре

За её здоровье пить «Кагор».

 

Нет, она не замужем. Давно.

Ей не встретить своего мужчину.

Свой – любил ту статную дивчину,

Кем была она перед войной.

 

Но, застыв в альбоме как портрет,

Он не разлюбил и не разлюбит,

Вечности раскрыв в улыбке губы

В первом же, окопном декабре.

 

А тогда и ей глубокий тыл

Прокусил морозом обе кисти –

И исчезли вмиг из юной жизни

Все консерваторские мечты.

 

Комната в «коммуне». Рыжий кот.

За окном ждёт жар железной крыши.

К женщине неровно вечер дышит, –

Может, не одна домой придёт…

 

 

***

 

В марсельском бистро

Полумрак-полуобморок джаза,

Гарсон-здоровяк

В золотой усмехается зуб,

Блестит серебро,

И хрусталь отливает алмазом,

И томный коньяк

Страстно входит в тебя между губ.

 

Замрите, часы,

Чтоб бокал целовал тебя вечно

И пальцы твои

Обнимали его стройный стан.

А тень от косы

На щеке твоей розово-млечной

Пусть вспомнит пиит,

Но забудет морской капитан.

 

 

ГИПНО

 

Гипнотический шар,

Серебристый, холодно-текучий.

В ритме – влево и вправо –

Сжёг сей маятник волю мою

И несёт себя в дар

Вместе с ядом змеюки гремучей

И целебною травкой, –

Вот любовный бальзам, что я пью.

 

А на шаре блеснут

Вмиг твои загорелые плечи

И росинки-глаза

За аршинной решёткой ресниц.

В эти пару минут,

Может, станет вдвоём малость легче, –

Знать, нам общий абзац

Наших жизней дано сочинить.

 

 

ПРОЩЕ

 

Проще с дождиком: красок не нужно,

С неба льёт чернобелость гравюр.

Капли прыгают в серые лужи,

Серебря чешую их фигур.

 

И деревьев пучок однотонный –

Непонятно, велик или мал:

За застывшей решёткой оконной

Никого, лишь надежда да март.

 

 

ЗАВЕРШЕНИЕ

 

Радости животные:

Спать, коль боль прошла;

Вёсны ежегодные –

Вновь чуть-чуть тепла.

Девушка нарядная –

Выцвевший портрет.

Думы безотрадные –

Серый белый свет.

Странствия безбрежные –

Рвётся прочь душа.

Ангелы безгрешные

Манят, не спеша,

В даль, где всё по полочкам,

Ни к чему маяк,

Решето на форточке

В пропасть бытия.

 

 

ОСЕННИЙ ДОЖДЬ

 

Ах, дождь, осенний дождь, ты надоел.

Как гость бесцеремонный, не уходишь,

Как он, не в тему плачешь и хохочешь,

И отрываешь всех от важных дел.

 

Ты нужен только самому себе,

Но занимаешь время и пространство.

К тебе взывать с надеждой – труд напрасный:

Момент – и станешь ты ещё грубей.

 

Кто ниспослал тебя? Знать, всё же Бог:

Ведь ты явился не из подземелья, –

Как после пира горькое похмелье,

Грехов, нам не отпущенных, поток.

 

Когда-нибудь в Небесной доброте,

Простившей нас, засветит всё же солнце.

Но Падший Ангел снова вознесётся,

Чтоб пасть на нас осенней мглой дождей…

 

 

ГЛЯДИТЕ ВВЫСЬ

 

Глядите ввысь, на провода глядите

И вдаль за ними мысленно пройдите.

В какие голубые города

Ведут, вдали растаяв, провода?

 

Глядите ввысь, на дерево глядите,

В тени его ветвистой походите,

Чтоб вдруг понять, что память не предаст

Всех тех, кто вас, прикрыв собою, спас.

 

Глядите ввысь, на небеса глядите

И полосу свою там находите.

Ничто не вечно – вечны небеса,

И ваша не исчезнет полоса.

 

Глядите ввысь, уверенно глядите,

Себя фигурой стройной наградите, –

И горем не покажется беда,

И выход вы отыщете всегда.

 

Глядите ввысь, усталые, глядите

И в лицах, к вам склонённых, всё найдите.

Глазам, что улыбнулись вам, любя,

Отдайте Землю, небо и себя.