Интересные разговоры

Интересные разговоры
Рассказ

Одесситы – народ общительный. Это известно далеко за пределами города. А пассажиры одесских троллейбусов и трамваев – это вообще отдельный разговор.

Учителя, медики, инженеры… Вся старая и нищая интеллигенция Одессы ездит нынче в троллейбусах и трамваях, потому что не имеет лишних денег, чтобы ездить на маршрутках.

Пионерский, говорят они с вызовом, занимая передние места в салонах горэлектротранспорта.

Уже заработали… бросают они с грустной улыбкой, проталкиваясь через молодежь вглубь вагона.

Одессит воспитанный и очень благодарный собеседник. И если есть с кем поговорить, так отчего бы не поговорить? Но, начать разговор первым, как-то неприлично, поэтому все едут молча, едут и ждут. Ждут, что вот, кто-то пересилит себя и таки начнёт говорить. И если в салоне, не дай Бог, так и не найдётся такой смельчак, за него начинает говорить кондуктор. О, эти ворчливые, алчущие ваших денег люди в оранжевых жилетках. Им нипочем ваши хорошие манеры и сонная тишина в салоне.

Ну что ж, рот открылся, слово сказано, и разговор завязался. И вот тут, в поднявшемся шуме и гаме, одессит расскажет вам за жизнь, за семью и за Одессу. Потому что нет для настоящего одессита ничего дороже жизни, семьи и родного города.

Утро, тяжело едет переполненный пляжниками вагон седьмого трамвая:

О! Опять двадцать пять! смеясь и толкаясь, громко кричит грузная женщина-кондуктор на первой площадке. Начали за рибу гроши. Нет, это даже интересно! через некоторое время говорит она опять, уже с задней площадки. А ну-ка, расскажите ж мне, девочки, как мне ужаться?

Салон наполняется смехом и разговорами, но вдруг какой-то строгий женский голос, перекрикивая шум, громко произносит:

Не слушайте их. Как вы можете ужаться, если это ваш естественный размер?!

Вот именно! весело кричит кондуктор, протискиваясь по салону. Скажете тоже, ужаться… Иш, что придумали?! Да если б я была худая, разве могла б я, вот так между вами пролазить?!

Ледокол! грозно поднимая вверх указательный палец, неожиданно фальцетом выкрикивает худой и седой, как лунь, старик. Смех раздаётся в салоне, и женщина-кондуктор уже открывает рот, чтобы ответить. Но тут взгляд её упирается в окно, и жирно подведённая чёрная бровь удивлённо ползёт вверх.

Приехали! Пассажиры, Лузановка! Кто хотел Лузановку?! кричит она, выискивая в салоне людей, хотевших Лузановку. Уже приехали! Все выходим на море! Фу-х, падая на сидение, тяжело вздыхает она и, быстро перебирая пальцами, начинает пересчитывать скомканные комочки денег, доставая их по одной из жёлтой засаленной сумки. Не, ну надо ж такое сказать? Вы слышали? обращается она к высокому грузному мужчине.

Но тот молча смотрит в окно, и на лице его написано угрюмое настроение.

Ледокол… махнув на мужчину рукой и довольно улыбаясь, повторяет кондуктор. Но тут улыбка сходит с её лица:

Молодой человек, я вас вижу! Что у вас за проезд? вскакивая, вскрикивает она и стремительно бежит через весь салон к пассажиру.

Жарко. Идут с Посёлка на Пересыпь синие и красные вагоны. В красные попасть выгоднее в них больше сидячих. Но в какой ни зайдёшь, везде разговоры:

Девочки, да шо ж сегодня с вами такое? На море едем – ругаемся, с моря едем – ругаемся! Море ж вроде как нервы успокаивает?! Шо за рекламу вы делаете нашему морю?! Перестаньте немедленно! Вы распугаете всех туристов! перекрикивает ругающихся дам кондуктор. Разве ж можно так работать?! Из-за вас я себя не слышу! Вы мешаете мне делать кассу!

А вот ещё, но уже на десятом троллейбусе:

Она шо, дрова везёт? Кто там нас везёт, женщина или мужчина? возмущённо спрашивает невысокая, сморщенная, словно сухая слива, старуха в коротком каре.

Женщина, отвечает ей кондуктор.

Она шо, водить не умеет? не унимается та.

У ней первый класс. Просто машина у ей старая, вот поэтому и дёргает очень, миролюбиво улыбаясь, ласково шепчет кондуктор старухе.

Ну, ты глянь! Всю душу вытрясет, пока до Привоза доедем, пронзительно кричит старуха, грозно надувая щеки.

Просто она у нас бывшая летчица. Как Савченко, подмигивает кондуктор важной даме. Но та лишь презрительно щурит глаза, и большое нарумяненное лицо её демонстративно отворачивается к проплывающей в окне синагоге, что на Еврейской.

А вы, женщина, наверное, не одесситка, радостно кричит тогда ей кондуктор. Или у вас большое горе? после некоторого раздумья неуверенно добавляет он, окидывая даму внимательным взглядом.

Не, ну вы гляньте? Да шо ж это такое?! не унимается старуха на задней площадке. Дёргает и дёргает, а дорога-то ровная! кричит она нарочно громко, чтобы было слышно на весь салон.

А вы на маршрутку пересядьте, советуют ей люди.

Там вас мальчики быстро доставят, поддакивает кондуктор, выглядывая из-за толстого дяди.

Не надо нам рассказывать за маршрутки. Не надо нам говорить, что и как! Сами разберёмся! ревёт старуха. И красные пятна, как маки расцветают на её тёмной жилистой шее.

Тучи старушечьего гнева метают молнии в кабинку водителя. В троллейбусе назревает скандал, ещё минуту, и…

Остановка «Улица Пантелеймоновская», безучастно объявляет кабинка.

Ну, слава Богу, доехали… ворчит старуха. Молодой человек, спустите мне тачку!

Облегчённо вздыхает кондуктор, и пассажиры снова сонно смотрят в большие троллейбусные окна.

А вот тоже, на 10-ом троллейбусе:

Уважаемые пассажиры, кто разменяет сто гривен? кричит кондуктор со средней площадки.

Равнодушным молчанием отвечают ему пассажиры в салоне. И кондуктор не выдерживает:

Девочки, я говорю совершенно серьёзно. Знайте, кто разменяет мне деньги, в этом году обязательно выйдет замуж. Что? Никому замуж не надо?

Робкие улыбки расцветают на женских лицах.

Давайте разменяю, только мне нужно, чтоб и двадцатка была, решается вдруг одна девушка.

Сделаем, считая пятёрки, отвечает кондуктор, желание симпатичной дамы для нас закон. Вот, пересчитайте! Внимательно пересчитайте! торжественно и громко говорит он и кому-то назидательно машет пальцем. Знайте, в этом году вы обязательно выйдете замуж, авторитетно заявляет кондуктор, убедившись, что всё верно. Вот. Так и знайте.

А я уже замужем, немного зардевшись, отвечает девушка.

Не может быть, такая молодая персона и замужем?! удивлённо тараща глаза, в испуге вскрикивает кондуктор. Он притворно хватается за сердце и закатывает глаза, но, со вздохом повинуясь долгу, тут же резво мчится к вошедшим на заднюю площадку пассажирам.

Раз так, кричит он оттуда. Значит, у вас в жизни произойдёт что-то очень хорошее! Да. Точно вам говорю! Это проверено! И не раз! снова кричит он девушке, но уже с первой площадки.

Простите, а об чём разговор? спрашивает пассажиров полная дама, вошедшая на Таможенной.

Раньше надо было садиться, строго отвечает ей кондуктор, пробегая мимо.

А бывает и так, уже на первом трамвае:

Когда летом в Одессе жарко это одно удовольствие, говорит, широко улыбаясь знакомой женщине, пожилой мужчина с удочками в руках. А когда летом в Одессе вдруг похолодало это другое удовольствие.

Я, конечно, сильно извиняюсь, но хочу вам сказать, наклоняясь всем телом, доверительно шепчет им женщина, сидящая через пару сидений, Вы забыли за море. Наше море это ещё то удовольствие!

Да разве ж это удовольствие?! удивлённо вскрикивает мужчина. Море это счастье!!! восклицает он, и, задевая стоящих, выскакивает на Векслера.

Или так:

Ты же знаешь, я не дорого беру. У меня чистенько, две остановки до моря… Шо ещё человеку надо? сквозь скрип тормозов, кричит в мобильник щуплая бабка, сидя на переднем сидении. Ты же знаешь, я не скандальная. Но тут я не стерпела. Я пошла и сказала ему всё, что думаю. И знаешь, что вышло? срывается на высокие ноты её голос. Он снял побои и теперь подаёт на меня в суд? Нет, ну ты можешь себе это представить?

Дамочка, осторожно касаясь её руки, вежливо говорит кондуктор. Вы заинтересовали весь троллейбус, но имейте в виду, вы отвлекаете водителя…

Лора, ты слышишь? Мне говорят, что я отвлекаю водителя, возмущённо восклицает бабка, обводя удивлёнными глазами салон троллейбуса и многочисленных пассажиров. Я тебе позже перезвоню, говорит, наконец, она после некоторого молчания. Выйду, и мы поговорим, прикрывая трубку рукой, произносит бабка. Хорошо, хорошо. Пока. Ну вот, вы довольные теперь? язвительно спрашивает она, уставившись на кондуктора маленькими злыми глазками.

Совершенно, широко улыбаясь, отвечает кондуктор. Молчаливое бабкино презрение пронзает кондуктора острым ножом насквозь, но тот, не обращая на неё никакого внимания, громко кричит кому-то на задней площадке:

Уважаемые пассажиры, кто забыл дать деньги за проезд? Не стесняйтесь, прошу вас, я ж не кусаюсь…

Едут по Одессе троллейбусы и трамваи. Едут возле моря и мимо Привоза, заворачивают на Тираспольской и мчатся по Канатной….

Всю соль Одессы можно собрать в их салонах. В этих старых и кривых машинах ещё иногда слышна настоящая Одесса… Не жалейте денег, дорогой читатель, зайдите в троллейбус и прокатитесь на трамвае. Три гривны не сделают вам погоды. Что стоят они, эти копейки, по сравнению с тем, что, возможно, повезёт вам услышать…