Котёнок где-то пищит

Котёнок где-то пищит
Рассказы

КОТЕНОК ГДЕ-ТО ПИЩИТ

 

Старый трамвай, трудившийся еще во времена Советского государства, бренчал, тарахтел и дребезжал проржавевшими деталями. А в его салоне к царящей какофонии добавлялся звук, напоминающий жалобный писк котенка. Немногочисленные пассажиры равнодушно не обращали на это внимания, занятые собой и вполне довольные жизнью. Молодые уткнулись в свои гаджеты, старые не спеша переговаривались.

И только один старик лет восьмидесяти, худой, с изможденным лицом и грустными голубыми глазами, вслушивался в звуки. Он вспомнил котенка, которого ему подбросили прямо под дверь и которого не смог оставить на верную погибель, приютив у себя.

Малыш едва открыл глаза и еще не умел самостоятельно питаться. Пришлось кормить его из шприца, сняв иголку. Выходил. Котенок подрос, стал веселым и очень привязался к хозяину. Для старика же он явился единственной отрадой в нелегкой и малорадостной одинокой жизни.

Но длилось обоюдное счастье недолго. Котенок неожиданно заболел, его рвало, он перестал есть и вскоре умер в жутких конвульсиях.

Старик плакал несколько дней. Своего единственного друга похоронил под деревом во дворе.

И вот сейчас, зимой, в трамвае, он услышал знакомый жалобный писк. Живо представил, как кто-то недобрый выбросил несчастного в расчете, что найдется «дурак», который его подберет. От ужаса котенок забился куда-то под сиденье, голодный, растерянный, и пищит.

Плач показался старику таким жалобным, что рвал душу на части.

«Надо найти его, пропадет ведь», – решил он. Посмотрел под свое сиденье и вокруг – никого. Тогда дед встал и принялся, согнувшись в три погибели, заглядывать под каждое сиденье.

Дедушка, вы что-то потеряли? – участливо спросила молодая девушка.

Нет. Котенок где-то пищит.

Ваш котенок?

Нет, не знаю чей.

Девушка сразу потеряла к нему интерес и уткнулась в свой планшет.

Дед, ты чего по полу ползаешь? – поинтересовалась тетка с двумя сумками. – Билет что ли обронил? Возьми мой, я все равно на следующей выхожу.

Нет, спасибо, билет я не терял.

Дедуля, ты чего копаешься у нас в ногах? – проворчал молодой парень, сидевший в обнимку с девушкой. Ты не извращенец случаем?

Димон, что ты несешь! Ха-ха-ха! – сделала ему замечание подружка. – Он, наверное, деньги потерял.

Не повезло.

Ну так дай ему деньги, жалко, что ли, – посоветовала девица.

Но парень вместо этого стал ее целовать.

Какой же ты жмот, Димон, – жеманно произнесла девушка. – Ты меня разочаровываешь.

Ну достала, – сказал парень и нехотя полез в карман за мелочью. – Держи, дед!

Но старик отрицательно замотал головой и продолжил поиски. Обшарить внаклонку каждое сиденье оказалось сложной задачей, и, устав, он присел перевести дух.

Наконец на него обратила внимание кондуктор.

Вы что потеряли?

Ничего я не терял. Котенок где-то пищит. Кто-то его выбросил, он и пищит. Забился куда-то.

Да нет никакого котенка. С чего вы взяли?

Как же? Разве вы не слышите писка?

Господи, да это трамвай скрипит, а не котенок. Старый потому что.

Не может быть, – не поверил старик.

В это время трамвай доехал до конечной остановки. Последние пассажиры вышли.

Вы остановку свою не проехали? – спросила вышедшая из кабины женщина-водитель.

Проехал, – только сейчас заметил старик.

Ты представляешь, – сказала кондуктор водителю, – он подумал, что в трамвае котенок пищит. Я ему: это трамвай так скрипит, а он не верит.

Водитель заулыбалась:

Дедушка, вы напрасно так беспокоитесь. У нас очень старый трамвай, и он так скрипит, что можно подумать, что это котенок. Поверьте, мы не первый год на нем работаем.

Да? Ну, тогда ладно, – сказал старик и направился к выходу.

Стойте! – остановила его водитель. – Вы же проехали свою остановку. Мы сейчас поедем обратно, довезем вас. Билет не нужно покупать.

Спасибо! – скромно поблагодарил старик.

Однако сомнения продолжали терзать его душу, поэтому, покидая трамвай, он как-то бессознательно запомнил его номер. Благо, что тот оказался легким: 1133. Картина несчастного, никому не нужного котенка, забившегося под сиденье трамвая, так и стояла перед глазами.

Через несколько дней, не выдержав, старик пошел на остановку и, прождав час и сорок пять минут, дождался-таки того трамвая. И вновь тот самый писк, точно такой же: жалобный, тоскливый, безнадежный, рвущий душу. Но снова лазить по полу старик не стал, хотя и тянуло. Повздыхав, он вышел и побрел домой.

На стихийном рыночке по дороге женщина продавала котят. Дед неосознанно остановился, глядя на них. Но вид ухоженных, сытых и благополучных малышей вызвал в нем обратную реакцию. «Нет, мне нужен тот несчастный котенок, – решил он. – А эти не пропадут».

Дедуля, возьми котенка, смотри какие красавцы! – крикнула женщина. – За символическую сумму отдам.

Но старик пошел дальше, ничего не ответив.

 

Валя, кто-то пенсионное удостоверение обронил, – по окончании смены доложила водителю трамвая кондуктор. – Я уж несколько дней его в кармане таскаю, все забываю тебе сказать.

Смирнов Леонид Дмитриевич, 1936 года рождения. Слушай: а не тот ли это дедушка, что котенка искал?

Может быть. Странный какой-то. Ему бы о себе думать, а он о котенке печется.

Он просто очень добрый, это в его глазах написано. – Валентина почему-то в этом не сомневалась. – В выходной зайду в Пенсионный фонд, узнаю адрес.

Два дня спустя в дверь старика позвонили. На пороге стояла незнакомая молодая женщина и приветливо улыбалась.

Здравствуйте! Вы меня узнаете? Я водитель того трамвая, в котором вы искали котенка.

А, да. Извините, сразу не признал. Память подводит.

Ничего, с кем не бывает, – успокоила женщина. – Я вам пенсионное удостоверение принесла. Вы его в нашем трамвае обронили.

Вот спасибо, дочка! А я вчера сунулся его искать и нигде не найду.

Валентина улыбнулась еще радушнее и, сунув руку за пазуху, торжественным голосом произнесла:

А это – вам подарок.

С этими словами она протянула хозяину квартиры маленький пушистый комочек.

Ой! – опешил старик, – это тот котенок?! Он все-таки нашелся?!

Женщина решила не разочаровывать его и соврала:

Да, вы оказались правы. Он так запрятался под сиденье, что не сразу и найдешь.

Такого сюрприза дед явно не ожидал и, прижав котенка к щеке, заплакал. Его глаза лучше всяких слов говорили о том, как бесконечно он благодарен Валентине, но нахлынувшие чувства вызвали спазм, и он смог выдавить лишь два слова: «Спасибо, дочка!». Таким он и запомнился водителю трамвая номер 1133.

 

 

ЖИЗНЬ ДАЛА ТРЕЩИНУ

 

А ну пошли вон! На место! – кричал сторож Андрей, отгоняя собак, с лаем окруживших появившегося на территории базы постороннего мужчину. И для пущей важности с силой пнул одну из собак.

Ты новый сторож? – спросил он.

Да, – подтвердил вошедший.

Жду. Как добрался?

Не без приключений. Валентин, – представился он и протянул руку.

Андрей. Что, долго искал?

Пришлось помучиться. Не думал, что в миллионном городе есть такие дыры. И вроде правильно шел, как начальник показал по карте. Обогнул хлебозавод, свернул влево, дошел до гаражей, повернул направо, затем налево, поднялся на насыпь с железнодорожной веткой, нашел тропинку в заброшенные сады, прошел через них, а дальше… Шеф сказал: упрешься в металлические ворота синего цвета, а вместо них – лаз в заборе. Пришлось идти обходными путями через завод ЖБЗ, где вдоль труб, где под трубами, пока не увидел эти самые синие ворота. И главное – кого ни спроси, не знают. Да и людей по дороге попалось всего три человека. А телефон начальника недоступен.

Тут нумерация перепутана, черт ногу сломает. Промзона, чего ты хотел! – пояснил сторож и подбодрил новенького: ничего, привыкнешь. А начальник, что он знает! Появляется здесь раз в полгода. К воротам так, как он тебе объяснил, никак не выйдешь. Попадешь только к лазу. Они ведь, начальники, на машинах ездят, о нас, пеших, не думают.

Плохо еще, что добираться приходится с пересадкой.

А вот это не обязательно. Ты до трамвая иди. Далековато, конечно, километра два, зато сэкономишь. Ну вот, это наше помещение. Переоденешься в робу, здесь общие валенки и рукавицы.

Валенки обязательно надевать? – спросил Валентин.

Обязательно. Снегу на базе по колено.

Я смотрю, подсобка ничего: и микроволновка, и телевизор, – оценил новичок.

О, да это одно название! – разочаровал старослужащий. – Микроволновка на ладан дышит. В любой момент сдохнет. И та чужая. А телевизор всего три канала ловит, и то не разберешь, что показывает. Надо на крышу слазить, с антенной разобраться. Ты случаем не сечешь в антеннах?

Нет.

Плохо. А вообще это мелочи жизни. Вот если обогреватель накроется, тогда повеселимся. У меня случай был. Работал я на другой базе, и где-то неподалеку под вечер авария произошла. Электричества в нескольких кварталах не было. А на улице минус двадцать пять. Вот это было круто. Я все, что мог, на себя напялил – ни фига не помогает. И уйти нельзя – начальство позвонило: бди особо внимательно, ворам только того и надо. Думал, сдохну. Аварию устранили только в три часа ночи.

Канализации, конечно, нет? – поинтересовался Валентин.

Тут тебе не царские хоромы, – отрезал Андрей. – Смотри сюда: под рукомойником ведро, как наполнится, вынесешь и выльешь где-нибудь подальше.

А что, помойки нет?

Нет.

Но можно вылить и в туалет, – резонно заметил сменщик.

Нет тут никакого туалета. Тебе, я смотрю, цивильные условия нужны.

А если приспичит?

Приспичит – найдешь, куда сходить. Это не смертельно.

Суровые порядки, – вскинул брови Валентин.

Ничего, привыкнешь, я же привык, – успокоил Андрей.

Слушай, так ведь в заброшенных садах есть деревянный туалет, – вспомнил Валентин. – Покосившийся такой.

Ну да, есть. Ходи туда, если можешь внаклонку. Только двери там нет, если заметил.

Верно, нет, – почесал затылок новичок. – А воду где брать?

С водой так. Раз в неделю привозят бутыль с питьевой водой. Поэтому экономь. Умываемся и моем посуду технической водой. Пойдем на территорию, покажу, где ее брать. Да, обрати внимание: когда уходишь из подсобки, прижми дверь вот этим колесом. Иначе останешься без еды. Собаки и кошки открывают любые двери и только и ждут, когда сторож зазевается.

Тут и кошки есть?

Две. Вот они, легки на помине. А ну пошла отсюда! – гаркнул он на одну из них и отшвырнул ногой.

А ты чего косишься? – бросил он второй, расположившейся на старой промасленной телогрейке. – Эти кошки такие же наглые твари, как и собаки.

Сторожа прошли по захламленному холодному коридору к выходу. Вдоль стен были расстелены пропитанные соляркой вонючие телогрейки, на которых лежали все три собаки.

Собаки разве здесь живут? Не в будках? – спросил Валентин.

Вот и сделай им будки, – посоветовал Андрей. – Инициатива наказуема.

А почему входная дверь не закрывается?

Потому, что бесполезное это дело. Собаки встают на задние лапы, а передними наваливаются на дверную ручку. Можно, конечно, вставить замок и закрывать дверь на ключ, но руководство не чешется. А мне оно надо?

Так ведь посторонние могут зайти, – возразил Валентин.

А ты на что? Если собаки залаяли, тут же выскакивай.

Ну, выскочил, а как быть с непрошеными гостями? Тревожная кнопка хотя бы есть? Или резиновая дубинка?

Ни хрена нет. Только кулаки.

Хм…

Что «хм»? Вырубить не сможешь, что ли, гостей? Вот я троих могу положить, не смотри, что худой.

А собаки?

Собак только жратва интересует. Они всех проходящих мимо облаивают с единственной целью получить еду. Это такой собачий рэкет. И по этому поводу есть инструкция. Был случай – одна собака вырвала у работяги с завода пакет со жратвой. Тот на нее с палкой. Я вышел. Он орет: «Напишу жалобу на вашу контору». В таком случае говори: собаки приблудные. К нашей базе никакого отношения не имеют. Понял? Иначе у шефа проблемы будут. А потом у тебя.

Так что, собак не кормят, что ли? – спросил Валентин.

Кормят. Сухой корм привозят. Но позавчера он закончился, а сегодня суббота. Никто специально в выходной из-за них сюда не поедет. До понедельника пусть постятся. Хотя не факт, что и в понедельник привезут.

А кошек чем кормить? – полюбопытствовал Валентин.

Тем же, чем и собак.

Собачьим кормом?!

А что им, отдельное блюдо в ресторане заказывать?

И что, кошки с собаками уживаются?

Представь себе, отлично, – развеял сомнения коллеги Андрей. – Даже спят вместе. Так теплее. Раньше, до меня, кошки в нашей подсобке жили. Но я их выгнал. Ну их на хрен, еще по столу начнут лазить.

Да, пока не забыл: вечером, как стемнеет, свет в подсобке не включай. Потому что в окно ничего не увидишь, а тебя наоборот станет хорошо видно.

И так и сидеть в темноте? – разочарование Валентина росло.

А что такого?

Скучно не будет?

Ну, во-первых, ты работать пришел, а не развлекаться. А во-вторых, планшет на что? Закачал фильмы и смотри. И самое главное – обход территории нужно делать каждый час. Проверять, закрыт ли склад, целы ли пломбы. О каждом обходе делаешь запись в журнале. Каждый раз осматривай оставленные машины, мало ли что. Прожектора включай, как стемнеет, и выключай, как рассветет. Учти: по всей базе развешаны видеокамеры, ведется запись. Поэтому руководству будет известно, как ты выполнял свои обязанности. И обо всех нарушениях немедленно докладывай шефу. Понял?

Понял. Он сегодня приедет?

Кто? Шеф? С чего ты взял?

Он сказал, чтобы я захватил документы для оформления договора.

Сильно сомневаюсь. Чтобы шеф приехал сюда, да еще в выходной!

А с ним работать вообще можно, не обманывает? – засомневался новичок.

Меня не обманывал. Первую зарплату вовремя перечислил на карту, вторую, правда, задержал на пару недель, но все выплатил.

Давно ты здесь работаешь? – продолжал допытываться Валентин.

Два месяца.

Всего?! А я думал давно. А почему предыдущие сторожа уволились? – не унимался заподозривший неладное Валентин.

А шут его знает. Тут, говорят, бомж один работал. Он тут и жил.

Наверное, заработал на квартиру и уволился.

Точно! – Андрею шутка явно понравилась.

Ну, а тот, кто меня сменит, надежный человек?

Ты про меня?

Зачем, меня разве не третий сменит?

Кто тебе сказал? Я тебя сменю. Нас тут двое, тебе что, не сказали?

Нет.

Здрасти, новый год! Мы работаем вдвоем по двое суток. Двое суток здесь, двое дома, понял?

Ничего себе! – поразился новенький. – Так разве бывает? Я всегда работал по суткам, двое отдыхал. А здесь, выходит, мы работаем на полторы ставки за ту же зарплату?

Это ты комиссии Евросоюза скажи, – отрезал Андрей. – Так что, будешь работать? Мне одному надоело, неделю с базы не вылезаю. До этого шофера подменяли иногда.

Придется, – вздохнул Валентин. – Других вариантов нет. Четыре месяца без работы сижу.

А что с прежнего места ушел? Или ушли?

Ни то, ни другое. Я в ЧОПе работал охранником. Но наш объект перехватил другой ЧОП – есть такая практика. Шесть человек без работы остались.

Сочувствую. А там как платили?

Точно так же, те же десять штук. Только нагрузка другая.

Кстати, о нагрузке, – продолжал инструктировать Андрей. – Дворника тут нет. Поэтому, если повалит снег, берешь лопату и чистишь территорию. Всю, конечно, не осилишь, но площадка перед воротами, на стоянке машин и дорожка к складу должны быть очищены. Это меньше футбольного поля, не надорвешься.

Весело! – воскликнул Валентин.

А как ты хотел!

Собаки подбежали к сторожам, виляя хвостами и тычась в них носами.

Видишь, они тебя уже признали за своего, – отметил Андрей. – Еще один момент. Имей в виду: когда пойдешь по-большому, они тебя тут же окружат. Но ты не кипешуйся, им нужно твое говно. Они его жрут.

Да ты что?! – не поверил Валентин. – Серьезно?!

Сам увидишь, – невозмутимо подтвердил Андрей. – Ну, если вопросов больше нет, я пошел домой. Эх, какой кайф, домой!

Значит, послезавтра в девять ты меня сменишь?

Ну да, если не загуляю.

А что, и так может быть? – судя по лицу, у Валентина резко упало давление.

Бывает иногда. «Завтра я буду дома, завтра я буду пьяный», – пропел он строки из песни. – Ну, ты уж, наверное, меня поймешь? Сам-то как с этим?

Я не пью.

Счастливый.

Как сказать.

Теперь давай загоним собак. Иначе увяжутся за мной, и хрен прогонишь, – предложил Андрей.

Как же мы их загоним? – не понял Валентин.

Я их загоню, а ты будешь держать дверь, пока я совсем не скроюсь.

Так и сделали. Андрей закурил и вновь стал успокаивать загрустившего коллегу:

Ничего, привыкнешь. Мне поначалу тоже не все здесь нравилось. Ты до охраны-то кем работал?

Инженером в одном НИИ. Оно закрылось. А в моем возрасте по специальности уже не устроишься.

Так ты институт окончил?

Университет. Химический факультет.

Ни хрена себе! А я в этой химии ни бум-бум. В школе еле-еле тройку вымучил в аттестат.

Напоследок он рассказал пару анекдотов.

Забывшись, Валентин отпустил дверь, и собаки тут же выскочили.

Блин, ты что наделал! – закричал Андрей. Теперь их не загонишь.

Извини, забыл с непривычки.

А не надо забывать, – крикнул Андрей и, поймав за ошейник одну из собак, с размаху ударил ее кулаком по голове.

Собака жалобно заскулила. Валентин же зажмурился, как будто ударили его.

Зачем так сильно? – не смог он сдержать себя.

Затем. Это Буян, он среди них главный. И он, и остальные должны знать, что я еще главнее. Понял? Делай так же. Иначе на шею сядут.

Напарник промолчал.

На кой вообще нужны эти собаки, – продолжал горячиться Андрей. – Только бы пожрать, охранники называются! Я вообще скажу шефу, чтобы отвезли их подальше и выкинули. Лучше других взять.

 

Через час после ухода Андрея приехал водитель бензовоза Шакур, суровый мужчина средних лет со значком ВЛКСМ на телогрейке и кокардой в виде красной звезды с серпом и молотом на вязаной шапочке.

Что же с водой у вас так плохо? – не удержался от вопроса новый сторож.

Потому что это даже не общественная нагрузка, – недовольно пробурчал водитель. – Это гораздо хуже. Я воду дома из крана набираю, а счетчик крутит.

Понятно, – вздохнул Валентин. – Послушай, тут всегда так нефтью пахнет?

Всегда. Это же промзона. Да это разве запах! Вот как таять начнет, узнаешь. Когда все дерьмо, собачье и наше, что за зиму накопилось, вылезет. – Водитель закурил. – А в левое крыло здания ты не заходил?

Нет еще. Не успел.

И не заходи. Туда никто не заходит. Там щенки жили. Все загадили. Вонь такая, что глаза щиплет. Шеф пятихатку обещал тому, кто все выгребет. Никого не нашел!

А куда делись щенки?

Их в грузовик закинули и увезли на свалку.

Шакур поднял капот бензовоза и принялся что-то чинить.

А как вообще работа? – спросил Валентин.

Как? Врагу не пожелаешь! Я должен солярку развозить, и все. А приходится еще машину постоянно налаживать. За спасибо!

А что, новый бензовоз нельзя купить?

Так он новый. Такую дрянь сейчас выпускают, сплошной брак, – возмутился водитель. Эх, Сталина на них нет! А в советское время тут была приличная база, куча народа работала. Все порушили буржуи недорезанные!

 

Днем в подсобку заглянул бомжеватого вида мужик, небритый, нестриженый и нечесаный.

Ждорово! – протянул он черную то ли от загара, то ли от грязи руку.

У него были такие редкие и отнюдь не белоснежные зубы, что у Валентина возникла ассоциация с одинокими пнями на месте выгоревшего леса. Очевидно, по этой причине он не выговаривал некоторые буквы.

Гость обрадовал тем, что заберет микроволновку, поскольку она его собственность.

Чо, не веришь? – спросил он. – Пожвони шефу. Я тут раньше работал, на твоем месте.

Да, мне говорили, – согласился Валентин.

Обвязав микроволновку принесенной проволокой, мужик, скрипя, взвалил ее на спину.

Тяжелая, щука!

Валентин так и не понял, при чем здесь щука. Но дальнейшая беседа прояснила ситуацию.

А что ушел отсюда? – полюбопытствовал он.

Нашел место полуще.

Где, если не секрет?

На щтройке.

Я слышал, тебе жить негде?

Негде. Вот на щтройке и буду жить, – как ни в чем не бывало ответил мужик.

А потом, когда строительство закончится? – продолжал Валентин.

Там видно будет. Как полущится.

Новый сторож задумался, но когда его предшественник уже уходил, спросил напоследок:

Ты сколько здесь проработал?

Пять лет беж двух мещяцев.

Ничего. И как зарплату платили?

Хреново. До щих пор жа щемь мещяцев не выдали.

Валентин уже ничему не удивлялся и промолчал.

Когда бомж ушел, он вышел на крыльцо и поразился тишине в округе, прерываемой лишь лаем собак да карканьем ворон. А ведь до шумной автострады большого города меньше километра.

Затем вернулся в помещение и включил телевизор. Что-либо различить на экране было невозможно. «Ладно, буду пользоваться им как приемником, – решил Валентин. – Все веселей».

Передавали новости. «Страна готовится к большому рывку, – бодро декламировал диктор. – Глава государства в своем ежегодном Послании сообщил, что имеются все основания для экономического и социального прорыва. Через каких-нибудь шесть-семь лет мы догоним ведущие страны мира по основным показателям».

«Ну-ну», – лаконично прокомментировал диктора сторож.

Он вышел в коридор и тут почувствовал на себе пристальные взгляды. Все пять пар глаз кошек и собак с надеждой смотрели на него. В их глазах читался один и тот же вопрос: «Ну, ты-то хоть будешь относиться к нам по-человечески?»

«Эх, бедняги!» – вздохнул Валентин.

Он хотел было уже поделиться с ними едой, но вспомнил о том, что взял пропитание на сутки, а дежурить придется двое. Это в лучшем случае, если «старожил» не загуляет.

Тогда он основательно обшарил кладовку и нашел пакет, подвешенный высоко на гвоздь, с куриными лапками. Андрей, похоже, о них забыл, и они пахли тухлятиной. Лапки были высыпаны мигом набежавшим животным, и те налетели на них чуть не в драку. Причем кошки не отставали от собак.

«Перед следующей сменой зайду на рынок, куплю им мясные отходы, – решил он. – С такой зарплатой, конечно, не разбежишься, а что делать?»

Валентин подошел к настенному календарю и отметил начало своей трудовой деятельности на новом месте: 23 февраля 2017 года.