Смена пассионарных толчков: Млечный Путь норманнов

Смена пассионарных толчков:
Млечный Путь норманнов

В настоящей статье речь идет о событиях в Восточной Европе, когда во второй половине V века после распада империи гуннов, россы — ответвление германоязычных ругов (остготов), сумели создать в среднем течении Днепра сильное государство с центром в Киеве.

Известно, что фортуна — явление капризное и переменчивое, и в VI–VII вв. россы попадают в вассальную зависимость от Тюркского каганата. Тюркский каганат в VII–VIII вв. потрясают междоусобные войны, приведшие к гибели «Вечного Эля» тюрков. Россы к концу VII в. терпят поражение от тюрко-хазар и вынуждены давать выход «по белей веверице от дыма» («по белке от крестьянского двора»). Для того чтобы сохранить свою независимость и защитить юго-восточные границы от агрессивных устремлений со стороны старого и хищного этноса (тюрко-хазар), они вынуждены были открыть свои границы и пустить на свои земли антов и венедов (вентов-вятичей). Процесс взаимной метисации и ассимиляции между ними завершился к X в. На историческую арену вышла новая популяция — славянороссы, создавшая мощное государство — Русь. На северо-западе Восточной Европы в VII–IX вв. скандинавские норманны за короткое время освоили систему водных путей и волоков. Варяги были отчаянными и бесстрашными воинами. Они своей напористостью и решимостью одерживали одну победу за другой, подчинив себе где оружием, а где приемами дипломатии, большую часть северной территории Восточной Европы. В «Повести временных лет» сообщается, что они сумели обманным путем убить последних славяно-росских князей Аскольда и Дира и основали династию Рюриковичей.

Это явление можно объяснить «пассионарным взрывом», вектор которого был направлен с сурового севера на пестрый юг. Заметим, что это терминосочетание принадлежит Л.Н. Гумилеву, и его можно использовать для обозначения явлений, охватывающих большие группы людей на уровне суперэтноса, когда в обществе начинают преобладать волевые и энергичные индивиды, у которых жертвенность преобладает над инстинктом самосохранения 1. В истории Евразии «пассионарные толчки (взрывы)» имели преобладающее направление не только с востока на запад, но и в обратном направлении, связанные с мощным движением тюркоязычных кочевников Срединной Азии или движением со стороны оседлых народов Европы. В результате сопротивления окружающей среды (войны и междоусобицы) их энергия постепенно угасала. Вектор пассионарного направления мог смениться, например, с севера на юг Евразии. Виновниками подобного явления стали норманны, волны пассионарности выбросили их в пределы Причерноморья, и здесь они сумели создать мощное, но эфемерное государство остготов. Они освоили водные артерии крупных рек Восточной Европы и в V в. н.э. вошли в состав конфедерации племенных союзов гуннов, которые вобрали в себя не только их, но и славянские племена антов, превратившись в «бич божий» для Западной Римской империи. Они не только противостояли Западной и Восточной Римской империи, но и оказали существенное влияние на развитие культур в Восточной Европе. Представителями творческого меньшинства тюркоязычных народов в I тысячелетии до н.э. в пределах Алтая было создано руническое письмо, при помощи которого фиксировалась на камне история Великой степи. Именно это письмо было воспринято их новыми союзниками -- остготами. После распада гуннской конфедерации этим типом письма пользовались и скандинавы (викинги), которых славянороссы называли варягами. Именно руны оставили единственные и скупые свидетельства о жизни и бытии тех, кто подался в викинги, отправился на поиски богатства и славы. Это были смелые и дерзкие витязи северных морей и речных артерий Восточной Европы, по которым они, двигаясь на своих быстрых кораблях, таких как «Длинный змей», «Морская птица», «Бегущий по волнам», совершали походы на прибрежные города и веси Византии.

Стоя на самой оконечности полуострова Херсонес, можно представить себе, как они причаливают на своих быстроходных судах к берегам и как они берут пленных. Отчаянные крики гречанки и плач ее ребенка затихнут в тумане, волны морские слижут их следы на прибрежном сером песке. Скрипит палуба под ногами варяг, альбатрос над мачтой и наполненный морским прибоем ветрило - вот единственная вера и удача их, их земная судьба и вечный путь к Млечному Пути.

Писали о викингах поэмы и сочиняли легенды, и высекали на камнях рунические надписи, сообщавшие об их подвигах. Если для кочевника конь и острая сабля были единственными верными союзниками и помощниками, то для кочующего варяга это был корабль, который являлся подлинным плавающим домом и его крепостью. Его жизнь проходила среди холодной пенистой стихии, да и после смерти судно иногда становилось его последним пристанищем. Поврежденные противником суда вместе с воинами погружались в морскую пучину Понта. Души морских пилигримов и поныне продолжают плавание, но уже в виртуальных водах Млечного Пути. Какая удивительная схожесть с древнетюркским восприятием жизни и смерти?! Путь по просторам Евразии древние кочевники, как и норманны, определяли по солнцу и звездам. Древнее название Полярной звезды, скорее всего, переводится как «путеводная».

Римский историк Тацит в I веке н.э. оставил описание кораблей древних обитателей Скандинавии — свионов: «Суда их имеют ту особенность, что и с той, и другой стороны устроенная носовая часть дает возможность причаливать к берегу ... Гребцы не сидят в порядке по сторонам. Гребля совершенно свободная ... и, смотря по обстоятельствам, в ту ли, в другую ли сторону, легко обращают туда судно» 2.

Купцы прокладывали путь «из варяг в греки» через половецкое Поле на «кноррах» — широких и глубоких судах, вмещавших, кроме товара, около полусотни человек, которых использовали для того, чтобы суда перетаскивать волоком через днепровские пороги. Однако самыми знаменитыми кораблями варягов были их боевые суда — «драккары». Эти суда были крепкими, надежными, быстроходными и при этом легкими, при необходимости воины переносили их по суше на своих плечах. При помощи таких судов варяги заходили в устья небольших рек и незаметно, без шума, подходили вплотную к берегам. Сегодня в музее Осло и в Осеберге хранятся некоторые боевые корабли норманнов. Длина такого судна достигает 23 метра, наибольшая ширина — 5 метров, осадка — 0,85 метра. При такой осадке корабль свободно передвигался по мелководью. В одном из курганов Великой степи во время раскопок были обнаружены 32 весла и обломки 32 щитов. В районе Азовского моря и в устье реки Днепр в течение нескольких лет под руководством Тура Хейердала велись археологические раскопки курганов. Обнаружены материальные вещи, которые свидетельствуют, что варяги, наряду с древнетюркскими племенами, обитали в этих пределах Великой степи. Команда такого драккара составляла около 70 человек, которые гребли по очереди. Весла проходили в отверстия в бортах, чем обеспечивалось удобное низкое положение гребцов: их защищали высокие борта, а зазоры между веслами и обшивкой покрывались снаружи кожаными рукавами. По бортам крепились щиты, за которыми воины укрывались от стрел, «греческого огня» и камней во время осады приморских городов.

Автору этой статьи доводилось видеть подобные мобильные корабли, полусгнившие останки которых были выставлены в одном из залов музея Херсонеса, недалеко от Севастополя. Строительным материа-лом для постройки таких кораблей был дуб. Корабль имел киль из цельного стройного вытесанного дерева, а форма его была такова, что основной вес приходился на середину судна, а заостренные концы облегчали хорошее скольжение по волнам. Викинги были умелыми корабелами — они не распиливали бревна на доски, а расщепляли стволы вдоль волокон, получая прочнейшие и гибкие планки, сохранявшие прочность дерева. Кроме того, они пользовались прямым парусом площадью 70 квадратных метров и более. Передвигаясь на этих летучих судах, норманны в VI–IX вв. опустошали берега Понта, а в X в. и побережье Средиземноморья.

Войны были для неистовых варягов и промыслом, и ремеслом, и развлечением. Чтобы обеспечить победу, использовались устрашающие предметы культа. Если древние тюрки на своих штандартах выставляли золотую голову Бори («волка»), то викинги украшали свои корабли головами драконов. Это было связано с мифологией скандинавов — борьба бога Тора с мировым змеем Ермунгандом, живущим в океане вокруг обитаемой земли Мидгард. Изображение чудовища надевалось на форштевень корабля во время военных походов. При виде змеиных голов слабели колени от страха у жителей Балтики, вокруг озера Ильмень, в бассейнах рек Восточной Европы, Византии, Средиземноморья, арабских стран.

Археологами было обнаружено в Приазовской степи на берегу реки Молочной древнее святилище-капище, «Каменная могила», на одной из плит которого высечена руническая надпись и рисунок судна с прямым парусом, принадлежавшие норманнам. О том, что викинги первыми освоили водный путь «из варяг в греки», свидетельствует рунический текст на поминальном камне в Пильгорде на острове Готланд в Швеции: «Руна повелела сделать этот памятник по Свейну, своему мужу, и Адветту и Рягнару, сыну своему и Хельги. Они добрались до Серкланда (Халифат). Хольми вел их отряд через Айфору (название одного из днепровских порогов — Эйфорос) в Гардах (Рось), Греки, Иерусалим, страну лангобардов (Италия). Он умер в Холмгарде (Новгород)». Путь «из варяг в греки» начинался на северо-востоке Балтийского моря, его открывало Ладожское озеро и Волхов. По речным протокам можно было добраться до озера Ильмень и Новгорода, затем по речке Ловати через систему волоков попасть в Днепр. По Днепру шли до Понта, по морю — до Византии. Эти водные артерии, протянувшиеся в меридиальном направлении, представляют собой «пассионарные волны, толчки», нахлынувшие с севера на пестрый юг Евразии, принесшие с собой беспокойство и тревогу населению Византийской империи и народам мусульманского халифата.

Для тогдашней Руси этот путь стал доминирующей политико-административной, военной и торговой магистралью.

 

Литература

 

1. Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. — М.: АСТ, 2001.

2. Егер О. Всемирная история: Средние века. — Изд. испр. и доп., перевод с нем. — М.: АСТ, 2000.