«Так начинался шансон»

«Так начинался шансон»
Главы из новой книги

Главы из новой книги, любезно предоставлены автором для публикации только в журнале «Огни над Бией».

 

Чуть более двадцати лет тому назад (в 1991г), в трех городах Советского Союза – в Москве (февраль), в Свердловске (апрель) и в Ленинграде (июнь) – состоялось событие, определившее развитие и направление музыкального жанра, который сегодня так основательно внедрился в нашу культурную действительность, что уже нельзя без него представить ни музыкальный магазин, ни радио эфир, ни большую концертную площадку.

До этой знаменательной даты на бескрайних просторах российской фольклорной нивы беспризорно пасся табун русской блатной песни, то и дело подвергавшийся нападениям кочевых племен эстетических батыров. Когда, казалось, уже русский «блатняк» был изведен полностью – ушли из жизни и Высоцкий, и Северный , Новиков упрятан за решетку, а прочие рассеяны по миру – и победители могут праздновать победу, наслаждаясь нетленными звуками «Лаванды», откуда ни возьмись, появляется очередной блатной бард. То Розенбаум со своим «гоп–стопом», то эмигрант Токарев с «небоскребами».

А с приходом Перестройки и Гласности управлять процессом уничтожения народной песни и вовсе стало сложно. Пришлось Розенбаума тарифицировать, Токареву разрешить въезд в страну, Новикова выпустить на свободу и дать им возможность гастролировать с концертами по стране.

Вот тогда у Сергея Годунова – режиссера Москонцерта – и созрела идея проведения фестиваля блатной песни:

Идея проведения концертов посетила меня еще в 1990 году. К тому времени этот жанр – жанр шансона – еще не был так широко представлен. Фактически еще не было компакт–дисков, были только случайные кассеты. И эту музыку тогда никто не называл шансоном. Шансоном называли исключительно французскую эстраду. И вот в 90–м году я решил провести несколько концертов с участием артистов, работающих в блатной песне – ведь их по радио не крутили, в телевизоре не показывали, а песни их звучали повсюду из магнитофонов. Вот и возникло желание познакомить публику с этими артистами.

В тот момент было не так много исполнителей, работающих в этом жанре. Но главное – Александр Новиков освободился из тюрьмы.

Чтобы правильно обозвать концерты, я искал аналогии с понятием «блатная песня». Решили назвать по–хулигански «Гоп–Стоп Шоу».

Насколько я помню, «Гоп–Стоп Шоу» – московский вариант фестиваля…

Да, московский и свердловский. А в Питере фестиваль проходил под названием «Русский шансон. Лиговка–91». Деньги на фестиваль я начал искать в 90–м году – чтобы провести концерты в Театре Эстрады в Москве. Театр Эстрады пошел нам навстречу. Где–то полгода велись переговоры и поиски денег, но положительных результатов они не принесли. Посылали факсы в разные фирмы – отправляли коммерческие предложения. И только одна фирма – биржа «Алиса», Генеральным директором которой был Герман Стерлигов, откликнулась сразу. Мы получили факс, потом шла долгая цепь переговоров ив конечном итоге они дали денег и выступили Генеральным спонсором проекта – именно московского фестиваля. Потому что в Свердловске все организационную часть взял на себя Саша Новиков, а в Ленинграде – Лев Левинсон (концертная фирма «Содружество»). В Ленинграде они арендовали Большой концертный зал «Октябрьский» нашли и нашли питерских артистов. Но именно благодаря Герману Стерлигову и состоялся фестиваль.

Кто участвовал в концертах?

Александр Новиков с группой «Хипиш», Михаил Боярский, Анатолий Полотно с группой «Лоцмэн», Вика Цыганова, Никита Джигурда, Анатолий Днепров, Михаил Шелег, юный Антон Токарев, Виктор Третьяков , группа «Рэддо» и другие. Монологи для ведущих написал Лев Новоженов. Вел концерты главный «оба–нанист» Игорь Угольников.

Как же все–таки родилось название «Русский шансон»?

Вообще, аналогии «Русский шансон» в русском языке нет. Что это – городская песня? Шансон наиболее емкое иностранное слов, которое подошло как синоним к понятию «блатная песня».

Кстати, надо вспомнить и Виталия Белякова – тогда генерального директора студии «Союз», который поддержал нашу тему, выпустив в 1991 году сборник «Москва златоглавая».

Всегда трудно начинать. А сейчас я не могу даже приблизительно назвать количество авторов и артистов, работающих в этом жанре. «Их – тьмы, и тьмы, и тьмы…» И к шансону даже можно отнести таких исполнителей, которые к нему не имеют никакого отношения.

Какие трудности тебе пришлось преодолеть на пути осуществления и проведения фестиваля? Трудности были?

О, были, конечно, были! Даже Брунову – художественному руководителю Театра Эстрады – запрещали проводить фестиваль. Было негласное «телефонное» распоряжение – не проводить! Но шесть концертов все–таки состоялись – пять сборных и один сольный Александра Новикова. Это был первый концерт Новикова в Москве. А до этого момента его боялись приглашать в столицу. Эти концерты входили в программу фестиваля «Русский шансон». Но, как ни странно, в Питере и в Свердловске с концертами проблем вообще не было. Да и сегодня в этих городах с шансоном дела обстоят лучше, чем в Москве.

Сегодня шансон в этих городах пользуется огромной популярностью! Скажи, как тебе в голову пришла гениальная идея пригласить на ведение концертов Игоря Угольникова, а писать монологи Льва Новоженова?

Мы хотели, чтобы это были не просто традиционные эстрадные концерты, а чтобы в них была сюжетная линия – первая часть «Дворовая песня», а вторая – «Салонно–ресторанная». Были найдены бесхозные декорации, сделана довольно симпатичная сценография. Я как режиссер–постановщик всем этим руководил. В итоге охрип и отравился никотином, но фестиваль все–таки состоялся и, как ты помнишь, удался на славу!

Да, я помню. В Ленинграде тогда стояли теплые летние дни ( я не оговорился – именно в Ленинграде, ведь до 6 сентября – даты возвращения городу его изначального имени – оставалось еще три месяца.) Для города фестиваль стал событием. Вообще, как человек, проживший в Питере четверть своей жизни, должен заметить, что этот город любит фестивали и конкурсы. Умеет их проводить и с трепетом относится к гостям. Я сам участвовал в десятке разных фестивалей пока жил там, и уж не вспомню, на скольких присутствовал в качестве зрителя.

Еще в годы Перестройки совместно с ленинградским телевидением мы провели трехдневный конкурс–марафон дворовой песни. На прослушивание сбежалось полгорода. Каких только экземпляров не было! Раз двадцать пришлось выслушать «У кошки четыре ноги…». Но были и поистине талантливые певцы и музыканты. Кого–то из них я потом встречал на Арбате в окружении большой толпы слушателей.

Но подобной «Лиговки–91» город еще не знал. Время (лето) и место (Большой концертный зал «Октябрьский») были выбраны безошибочно.

В летние месяцы толпы туристов устремлялись в город на Неве. Удовлетворив свой познавательный зуд походами в Эрмитаж и Кунсткамеру, измотав себя посещениями Гостиного Двора и Пассажа, гость испытывает естественное желание побродить теплыми вечерами и белыми ночами по аллеям Летнего сада, покататься на кораблике по каналам и развести мосты на Неве. Когда программа выполнена, в кармане лежит обратный билет на поезд и осталась еще небольшая сумма денег – необходимо сходить на концерт какой–нибудь заезжей знаменитости, благо цены на билеты в Питере всегда невысоки.

БКЗ «Октябрьский» – самый крупный и престижный зал города находится на Лиговском проспекте, рядом с Невским и гостиницей «Октябрьская». Очень подходящее место! Захочешь – не пройдешь мимо!

Все наслышаны про Лиговку, как про один из самых злачных районов – здесь гнездился в малинах и отсюда наносил свои грабительские налеты Ленька Пантелеев, здесь «качались фонарики ночные» и в тусклом свете этих фонариков местная шпана обирала запоздалых граждан. Здесь выходит фасадом на площадь Восстания вышеупомянутая гостиница «Октябрьская», которая в 20–е годы называлась ГОП, что значит «Городское Общежитие Пролетариата», и в которой на временное поселение была собрана беспризорная шпана из окрестных районов Петрограда – шпану так и называли – «гопники». А их ночное ремесло – гоп–стопом.

Но все это в прошлом. Так что, уважаемый читатель, смело отправляйтесь в Санкт–Петербург, наслаждайтесь его видами и дышите его влажным воздухом. Хотя, забредать вглубь кварталов в ночное (а тем более, дождливое) время суток, все равно не рекомендую.