Театр детской радости

Театр детской радости
(к 95-летию Театра юных зрителей им. А. А. Брянцева)

I.

 

В 1897 году в Москве, в «Славянском базаре», встретились К. С. Станиславский и В. И. Немирович-Данченко. Из этой встречи родился Художественный театр.

В 1921 году в Петрограде, только-только начавшем приходить в себя после пяти голодных зим, в гостинице «Европейская», отданной под детское учреждение, встретились Александр Александрович Брянцев — уже опытный режиссер, отдавший десять лет театру Гайдебурова, и Петр Петрович Горлов — провинциальный актер, исколесивший пол-России с Передвижным театром. Они обсуждали план создания театра нового типа — постоянного профессионального театра для детей и подростков, для юного зрителя.

Театры для детей в Советской России уже существовали — в Саратове, Москве, Краснодаре (здесь театром руководил С. Я. Маршак). Но они работали вполсилы: не было ни детского репертуара, ни соответствующих помещений, ни актеров, способных играть для детей. Все нужно было начинать с нуля, а Брянцев мечтал о театре, одинаково доступном и интересном для младших школьников и для старшеклассников; о театре, где зрителям было бы «просто, уютно и радостно»; о театре, в котором работали бы «художники, мыслящие как педагоги, и педагоги, чувствующие как художники». Он имел в виду, конечно, не чиновников от педагогики, а педагогов по призванию, учившихся искусству воспитания у Ушинского и Льва Толстого.

Брянцев уже имел опыт работы с детьми: в годы гражданской войны он служил в «центральном распределителе», из которого сирот и беспризорников рассылали по детским домам. Это была тяжелая и опасная работа: несколько педагогов умерли, заразившись от детей сыпным тифом и другими болезнями. И для этих детей Брянцев организовал спектакли, инсценируя самые известные сказки. Дети не только сами играли, но и заменяли собою декорации: так, в «Сказке о рыбаке и рыбке» они изображали море, землянку, избу, дворец. Они же были осветителями и шумовиками. Брянцев старался, чтобы в каждом спектакле участвовало как можно больше народу. Состав воспитанников постоянно менялся, и вскоре слава о необычном театре пошла по всем детским учреждениям.

5 июля 1921 года собралась комиссия по организации ТЮЗа. 19 сентября разрешение на создание нового театра было получено, а Брянцев назначен его директором. 3 ноября театру предоставили помещение бывшего Тенишевского училища на Моховой. Большой зал училища пришлось перестраивать: в окончательном виде он имел форму амфитеатра, без разделения на партер и ярусы, сцена была небольшая и находилась близко к зрителям, в первое время на некоторых спектаклях актеры даже выходили в зал и играли среди публики.

13 декабря начались репетиции. 23 февраля 1922 года театр открылся инсценировкой «Конька-Горбунка». В том же году были поставлены «Соловей» Андерсена, пьеса Шмелева «Догоним солнце», «Петрушка» и «Сказка про козла» Маршака. Все пьесы ставил сам Брянцев. В следующем году все спектакли также выходили в его режиссуре, и только с 1924 года («Похождения Тома Сойера») он стал доверять постановку своим товарищам и ученикам.

Актеры приходили к Брянцеву из других театров и из студии З. И. Лилиной. Из этой студии пришла, в частности, будущая «звезда» ТЮЗа — К. В. Пугачева, игравшая и женские, и мужские роли (Гек Финн, Том Кэнти и др.). В 30-ые годы она перешла в московский Театр сатиры, снималась также в кино («Остров сокровищ») и в 1947 была удостоена звания заслуженной артистки РСФСР. В ТЮЗе и в Новом ТЮЗе (о нем речь впереди) начинали актерскую деятельность Б. В. Блинов, П. П. Кадочников, В. П. Полицеймако, Б. В. Чирков, Н. К. Черкасов (он играл Дон Кихота, которого спустя годы изумительно воплотил на экране).

Брянцев не делил свой коллектив на «первых» и «вторых»: один и тот же актер мог сегодня играть Тома Сойера или Дон Кихота, а завтра участвовать в массовке. Другим признаком нового времени были «делегатские собрания», в которые входили представители школ, обычно старшеклассники. Они пропагандировали театр в школах, писали объявления (печатные афиши были в 20-ые годы далеко не всегда), распространяли билеты, наблюдали за порядком во время спектаклей. Постепенно в ТЮЗ начали водить целыми классами, иногда даже по несколько классов из одной школы. В таких случаях по окончании спектакля делегаты объявляли: «Такой-то класс, одеваться!» — и в гардеробе ТЮЗа не было обычной для взрослых театров давки.

Вернемся к репертуару. С годами он расширялся: появились детские пьесы Маршака, Е. Шварца, Б. Житкова, А. Бруштейн. Правда, на долгое время Брянцеву пришлось отказаться от сказочных сюжетов: чиновники от искусства считали сказки… вредными (см. «От двух до пяти» Чуковского). Тем с большим энтузиазмом Брянцев взялся за инсценировку доступных детям произведений мировой литературы: на сцену вышли Тиль Уленшпигель, дядя Том, Карл Моор. В 1925 году дети увидели «Проделки Скапена», накануне войны — «Тартюфа». Не была забыта и русская классика: шли комедии Островского «Свои люди — сочтемся», «Бедность не порок», «Комик XVII столетия» (ТЮЗ был, кажется, единственным театром, поставившим в ХХ веке эту несправедливо забытую пьесу, написанную к 200-летию русского театра). Наконец, в 1936 году юный зритель увидел «Ревизора».

Конечно, как советский режиссер, Брянцев не мог не ставить спектакли на современные темы: «Тимошкин рудник» Л. Ф. Макарьева, «На полюс» Бруштейн и Зона, «Винтовка №492116» А. Крона и др. Были инсценированы «Брат героя» Кассиля и «Белеет парус одинокий» Катаева. После долгого перерыва театр вернулся и к жанру сказки: в 1939 году показали «Сказку об Иванушке и Василисе Прекрасной», а 22 марта 1941 года — «В гостях у Кащея». «Сказка об Иванушке» заняла первое место на смотре детских спектаклей в Москве. Главную роль в ней играла Л. Ф. Жукова, окончившая в том же 1939 году Театральный институт.

Ленинградский ТЮЗ делался все популярнее. Старый русский актер В. Н. Давыдов, посмотрев «Бедность не порок», сказал: «Очень хорошо, что вы играете Островского совсем как у него написано. По нынешним временам — это добрая смелость!» Такая оценка много значила в эпоху всевозможных театральных экспериментов. Восторженный отзыв о ТЮЗе дал посетивший его 22 ноября 1927 года Анри Барбюс.

Бережное отношение к классике не означало, что Брянцев и его друзья не пытались экспериментировать. В «Коньке-Горбунке», например, важную роль играл хор (это считают зародышем современного мюзикла). Да и сам ТЮЗ не был ли грандиозным экспериментом? У Брянцева нашлись не только ученики, но и последователи. В 1936 году от ТЮЗа отпочковался второй ленинградский детский театр — Новый ТЮЗ, игравший на улице Желябова, 27; к сожалению, он не пережил войны. К 1941 году в СССР было около 100 детских театров, и все они, кроме Центрального детского театра в Москве, приняли имя Театра юного зрителя.

С весны 1941 года театр на Моховой готовился к своему 20-летию. 18 июня, в годовщину смерти Горького, он показал городу новую премьеру — «Начало пути» И. А. Груздева и О. Д. Форш. Это была последняя постановка мирного времени.

 

II.

 

23 июня собрался весь коллектив ТЮЗа. А. П. Линд, с 1937 года исполнявший обязанности директора театра (главным режиссером оставался Брянцев), призвал всех записаться добровольцами на фронт. Записались все мужчины, военнообязанные и невоеннообязанные. Рвалась на фронт и молодая артистка Н. Н. Казаринова, но ее остановили: «Ты здесь нужна — детям».

В первые месяцы войны погиб актер ТЮЗа — лейтенант С. И. Пушкин, посмертно представленный к ордену Красного Знамени. 16 марта 1942 года погиб Алексей Павлович Линд. На фронте погибли Савва Рапопорт (на Ханко), Владимир Чесноков (на Ленинградском фронте), Сергей Емельянов, Анатолий Семенов, Анатолий Иванов, Сергей Козлов, Павел Картелешев, Яков Гриднев, рабочие сцены Грановский и Стаханов. Леонида Даргиса разорвал снаряд во время его выступления, когда он произносил слова: «Красуйся, град Петров…» Иван Горячев умер от ран. Иван Машеров погиб в плену. М. Гипси умер от дистрофии в городе, В. Ф. Иванов — по дороге в эвакуацию. 30 мая 1943 года в эвакуации скончался один из основателей театра — П. П. Горлов.

Оставшиеся в Ленинграде тюзовцы обучались военному делу, рыли окопы, готовили свой театр к условиям военного времени. Между всем этим они выступали в госпиталях, в воинских частях, на переднем крае. Особенным успехом пользовалась бригада Л. Ф. Макарьева. В августе было дано шесть спектаклей. Бывший тюзовец Н. К. Черкасов возглавил ТНО — Театр народного ополчения.

Новый сезон был открыт уже во время блокады. В ту же ночь, когда сгорели Бадаевские склады, вражеские бомбы разрушили дворовый флигель ТЮЗа и дом на Фонтанке, где жил Брянцев. Он поселился в театре.

Спектакли прерывались воздушными тревогами; зрители шли в убежище, артисты — на крышу. Иногда окончание спектакля переносилась на следующий день. Сказка «В гостях у Кащея» однажды шла три дня.

В начале октября актерская бригада во главе с самим Брянцевым, вновь исполнявшим должность директора театра, выехала в Кронштадт. Артисты выступали на фортах, в штабах, на линкоре «Октябрьская революция». Концерты не прерывались даже при обстрелах. Другая бригада во главе с Горловым выступала в бомбоубежищах во время налетов.

Враг продолжал бомбить город. Играть в здании на Моховой было уже невозможно. Выступали в госпиталях, казармах, убежищах. Брянцев до последнего момента противился эвакуации театра, но другого выхода не было. 18 декабря тронулись в путь. На Ладожском озере попали под бомбежку. В Вологде похоронили Виктора Федоровича Иванова — он был одним из десятков тысяч ленинградцев, которых блокада догнала за кольцом. Новый год встречали в теплушках. 2 января прибыли в Березники Молотовской (Пермской) области.

Театр показывает свой ленинградский репертуар и готовит новый (в 1942 году была поставлена «Женитьба», в 1943 «Недоросль»). В свободное время ведется работа в госпиталях. Артистки ухаживают за ранеными, исполняют по их просьбе песни, читают стихи, пишут письма за тех, кто не мог писать сам.

Спектакли шли часто, и труппа испытывала нехватку актерских кадров. Тут на тюзовцев обрушился новый удар: трое актеров — Тейх, Эразмус и Бруно Фрейндлих (впоследствии народный артист СССР) были арестованы по причине их… немецкого происхождения. Брянцев пошел к самому начальнику местного управления НКВД: «Я закрою театр, а вас посадят!» Очевидно, подействовало слово «посадят»: с особистами обычно так не разговаривали. Все трое арестованных были освобождены.

Летом 1942 года Брянцев организует гастроли по Каме на барже, оборудованной под передвижной театр на 300 мест. В июле — августе тюзовцы показали «Бедность не порок», «Машеньку» Афиногенова, пьесы «Продолжение следует» Бруштейн и «Кот в сапогах» Макарьева и Дилина.

Жители прикамских сел — сплавщики, охотники, лесорубы, старатели — впервые в жизни видели театр. Но они поняли, что это — настоящее искусство. В одном месте по окончании спектакля все встали и поклонились артистам в пояс. Это было дороже аплодисментов.

Зимой 1942–1943 формируется бригада для поездки на Северо-Западный фронт. Бригаду возглавил Л. Ф. Макарьев, в нее вошли С. А. Дилин, М. Б. Шифман, Л. И. Бондаренко, В. А. Замберг, Н. И. Кеченков, В. Л. Дзеряго, Н. Н. Казаринова. За 42 дня артисты дали 90 концертов, т. е. выступали два-три раза в день, без выходных. Вернулись в марте, уже после прорыва блокады. Тогда же Брянцев проводил на фронт своего сына Александра. Тот, к счастью, вернулся живым.

По возвращении в Березники тюзовцы не только играли, они также рассказывали местным жителям о том, что видели на фронте и на землях, освобожденных от врага. Брянцев читал лекции о Ленинграде. Под влиянием его рассказов один мальчик из Березников поступил в Ленинградское военно-морское училище и стал моряком.

Репертуар приходилось менять часто: контингент зрителей был невелик и постоянен. На подготовку спектакля иногда уходило меньше месяца. Для взрослой публики показывали пьесу Симонова «Русские люди».

Сразу же после прорыва блокады Брянцев стал добиваться возвращения в Ленинград. Им двигала не только любовь к родному городу, но и то обстоятельство, что в Березниках было очень мало детей и подростков, играть приходилось преимущественно для взрослых, и театр мог утратить свой профиль. Но вернуться удалось лишь через полтора года, после полного снятия блокады.

Весной 1944 года в Березниках прошел смотр спектаклей русской классики. Последний спектакль — «Давным-давно» А. К. Гладкова — театр дал 23 июля. Незадолго до этого Л. П. Жукова получила письмо от восьмиклассницы, датированное 13 июля:

«Дорогая Людмила Петровна! Вчера чуть не со слезами прочитала прощальную афишу вашего театра. Я не могу Вам передать тех чувств, которые обладали мною, когда Вы были на сцене… В некоторых спектаклях Вы так хорошо пели, что я была вне себя от радости. Желаю Вам счастья и всего хорошего».

Таких писем тюзовцы получали много: жители Березников оплакали отъезд театра как невозвратимую потерю. Уже после войны местные энтузиасты создали музей в память о пребывании ТЮЗа в их городе.

 

III.

 

В августе 1944 года ТЮЗ показал первый после возвращения из эвакуации спектакль — все того же «Конька-Горбунка» — в закрытом летнем театре сада при Дворце пионеров. Потом наступил трехмесячный перерыв: артисты вместе со всеми ленинградцами восстанавливали город и свой театр. 16 ноября в отстроенном здании на Моховой шла «Бедность не порок». До конца года театр успел еще поставить еще три пьесы: «В гостях у Кащея», «Кот в сапогах», а для старших школьников и для взрослых — «Недоросля». 2 апреля 1945 года был возобновлен «Ревизор» (в первое послевоенное десятилетие в Ленинграде он шел только на сцене ТЮЗа). 9 мая, в День Победы, юные зрители смотрели «Сказку об Иванушке и Василисе Прекрасной».

Война окончилась. Пришли новые, молодые актеры, многие из Театрального института, расположенного напротив ТЮЗа. Среди них была Н. В. Мамаева, впоследствии народная артистка СССР (в 1954 году она перешла в театр им. Пушкина). Пришел и новый зритель — дети и подростки, пережившие блокаду, эвакуацию, оккупацию, некоторые побывали и на фронте. Все они были старше своих лет. В том возрасте, когда довоенным детям нравились «Сказка про козла» или «Кот в сапогах», они с гораздо большим интересом смотрели трагедию Вани Солнцева или Володи Дубинина.

События 1946 и последующих лет (постановления ЦК, борьба с космополитизмом и т. д.) не могли не сказаться на ТЮЗе: с 1949 до конца 1952 года в репертуаре, кроме «Ромео и Джульетты», не было ни одной иностранной пьесы. Тем усерднее Брянцев продвигал на сцену лучшее из русской классики. В 1946 театр поставил «Вишневый сад», в 1952 — «Горе от ума», в 1954 — «Грозу». Для младших школьников были инсценированы сказки Пушкина, для старших — «Накануне» Тургенева.

Шли, конечно, и пьесы на современные темы: «Красный галстук» Михалкова, «Морская дружба» Вагнера, «Аттестат зрелости» Гераскиной и другие. Инсценировались «Сын полка», «Улица младшего сына», «Как закалялась сталь». Советские пьесы и инсценировки составляли, как и до войны, около 60% репертуара.

В 1950 году Брянцеву была присуждена Сталинская премия за постановку «Красного галстука», «Сына полка» и «Морской дружбы». Еще через 6 лет он получил звание народного артиста СССР. Почетные звания носили и актеры ТЮЗа: народные артисты РСФСР Л. Ф. Макарьев (1956) и Н. Н. Казаринова (1957), заслуженные артисты РСФСР А. З. Гаврилов, П. М. Денисова, Л, П. Жукова, Н. Л. Карамышева, А. М. Кожевников, Л. Ф. Лебедев, Г. Тейх, А. П. Тимофеева, Е. И. Шевченко. Но гораздо большей наградой для них было внимание зрителей; многие спектакли ТЮЗа, особенно по классическим произведениям, шли с аншлагом. Артисты получали теплые письма от своих юных зрителей; к сожалению, не все сохранились.

Душой театра оставался А. А. Брянцев. На Моховой было уже тесно, и он добился постройки нового здания, до открытия которого, увы, не дожил. Годы шли; здоровье, подорванное двумя войнами, отказывало.

В своем прощальном письме, написанном заранее (15.07.1957 г.), основатель театра обращается к друзьям:

«Мой сердечный прощальный привет всему тюзовскому коллективу, которому доверительно поручаю дальнейшие судьбы нашего педагогического дела. Мой прощальный привет нашим славным юным зрителям. Привет работникам всех театров для детей. Привет всем, кто когда-нибудь захочет посвятить свои силы делу детской радости».

30 сентября 1961 года Брянцева не стало. Его похоронили на Волковом кладбище. По просьбе тюзовцев именем их руководителя была названа открытая в 1975 году малая планета.

19 мая 1962 года, в 40-летие пионерской организации, на бывшем Семеновском плацу открылось новое здание ТЮЗа, носящего с 1980 года имя Брянцева. Но это уже другой театр, к которому мы, может быть, еще вернемся.