Вечер с Александром Городницким на Мойке, 12

Вечер с Александром Городницким на Мойке, 12
(Санкт-Петербург, 23.03.2016 г.)

Когда на сердце тяжесть

И холодно в груди,

К ступеням Эрмитажа

Ты в сумерки приди…

Александр Городницкий «Атланты»

 

Да, конечно, мы знаем и любим эту песню. И по сей день следуем завету автора этих строк: ходим, и не только «к ступеням Эрмитажа», но и в любые места, где прорастает, дышит, клубится питерская культурная жизнь, спасаемся от хандры на презентациях и выставках.

Вот и в этом году холодный питерский март оказался для нас отмечен удивительно теплым событием. В музее-квартире А. С. Пушкина на набережной реки Мойки, д. 12, состоялась презентация книги Александра Городницкого «Определение дома». Книга вышла в 2016 году в издательстве «Вита Нова», в серии, посвященной классике ХХ века. В этой же серии издавались книги Виктора Астафьева, Ольги Берггольц, Василия Шукшина и других настоящих классиков отечественной литературы; в последнее время ее все чаще пополняют имена классиков живых. Таких, как Александр Моисеевич Городницкий.

В новейшей книге стихов выдающегося поэта и барда собраны произведения, написанные в период с 1958-го по 2015-й год. Сборник сопровождается вступительной статьей Якова Гордина, содержит «Хронику жизни и творчества Александра Городницкого», составленную Александром Кобринским, и иллюстрации заслуженного художника России Клима Ли.

На презентации был показан фильм «Мой Питер», посвященный памяти знаменитого фотографа Семена Фридлянда. Голос Городницкого сопровождал петербургскую панораму закадровой строкой. А потом Александр Моисеевич вживую читал свои стихи и исполнял песни под аккомпанемент замечательно тонко чувствующего певца и музыканта Валерия Чечета.

Стихи лились в зал, как музыка, и, несмотря на раннюю весну, передавали нам осеннее петербургское настроение. В каждой строке сквозила грусть по уходящей эпохе, и в то же время — гордость и удовлетворение от того, что годы жизни автора, вопреки всевозможным бурям, прожиты достойно и честно.

Выступавшие со сцены в тот вечер говорили теплые слова в адрес Александра Моисеевича. «Какой он молодой человек! Он постоянно создает что-то новое», — так выразил свое отношение к Александру Городницкому директор музея-квартиры А. С. Пушкина Сергей Некрасов. Трудно с ним не согласиться.

На сцену вышел и Александр Рубашкин, первый редактор Городницкого. «Время, в которое мы встретились с Александром Моисеевичем, было непростое, — сообщил Рубашкин. — Если в текстах проскальзывало что-то провокационное, редактору приходилось осторожничать. А Городницкий решил, что я к нему придираюсь… Началось наше общение не очень удачно, но сейчас все по-другому. Я действительно люблю его, — тут Александр Рубашкин обратился к Городницкому: — Спасибо тебе за то, что ты есть!» В ответ Александр Моисеевич прочитал стихи: «Был первый мой редактор / Ко мне ужасно строг», в которых, помимо иронии и самоиронии, прозвучали откровенные слова благодарности Рубашкину. Зал бешено аплодировал.

Выступивший следом председатель Союза писателей Санкт-Петербурга, Лауреат Государственной премии Валерий Попов сказал о своем поколении: «Мы жили в эпоху Городницкого, ведь то, что с нами происходило, он запечатлел лучше всех. Он подарил нам Петербург. Другие гении жили в других городах, а мы жили в городе Городницкого. Он подарил нам ту страну, которую мы запомнили. Он подарил нам свой мир…» На этом месте мэтр петербургской поэзии обнял мэтра петербургской прозы и с грустной иронией напомнил, как в 1968 году, в результате совместного выступления на легендарном «Вечере творческой молодежи Ленинграда» в Доме писателя, они с Поповым «из соавторов превратились в соучастников…»

Да, поистине удивителен и непрост жизненный путь Александра Моисеевича, замечательного человека и поэта.

«Если Окуджава так и не может до конца пройти Арбат, то я так и не могу до конца пройти Невский» — говорит Александр Городницкий о своей жизни и творчестве.

И не нужно — до конца. Пусть Городницкий и дальше идет по Невскому, по тому самому, еще прошловековому, ностальгическому.

Так и вижу: осенний Петербург, хрупкий силуэт в пальто с поднятым воротником, а на экране — бегущие стихотворные строки. За кадром звучат аккорды, — пусть это будет гитара Валерия Чечета.

«…Все воссоздать из развалин возможно, / Кроме утраченной чести», — сквозным лейтмотивом звенит голос Городницкого.

И это так.