Введение в философию православия (очерки о Любви, любви к Свободе и к Истине)

Введение в философию православия (очерки о Любви, любви к Свободе и к Истине)
Продолжение

О миротворцах

 

«Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9).

У кого-то из святых Отцов есть такой рассказ о праведности: один человек ушёл в пустыню и много лет посвятил молитве, совершению разнообразных духовных подвигов. Однажды он почувствовал, что дошёл до совершенства и не на кого стало равняться. Тогда стал просить Бога, чтобы Он указал на более достойного. Во сне пришёл к нему ангел и сообщил, что человек получит ответ на свой вопрос, если найдёт в некоем селении по указанному адресу двух женщин. Пустынник последовал совету и встретился с ними. Они оказались совершенно обычными хозяйками, погружёнными в семейные заботы. Но расспрашивая их, отшельник выяснил, что женщины за всю свою жизнь ни разу не поругались со своими мужьями. И когда он понял, насколько велико должно быть терпение, обеспечивающее сохранение мира в доме, уяснил себе и что такое настоящая святость.

Мы находимся в состоянии непрерывной брани с людьми, и прежде всего потому, что в собственной душе нет мира, ибо разум, чувства и дух наш не могут найти общего языка. Действуя в обыденной жизни, мы пытаемся одновременно достичь противоположных целей. Например, поддаваясь бесу чревоугодия, разве в глубине души не понимаем, какой наносим вред здоровью? Сколько в нас неусмирённых страстей, неумеренных потребностей, столько в нас и воюющих друг с другом сторон!

У каждого человека есть личная зона ответственности за происходящее с ним и окружающими его людьми. Если мы эту ответственность не принимаем, обязательно попытаемся обвинить во всех своих проблемах других, в первую очередь самых близких. К чему это приводит? Только к ухудшению отношений. Главной задачей является установление мира между сердцем и разумом; между духом и телом.

Необходимо дать слово своей совести, и она, как искра Божественного разума и любви, найдёт необходимые доводы для нашего возвращения к себе, для установления гармонии в душе и определения истинных целей жизни. Нам кажется, что они связаны с возможностью обретения блаженства (счастья). Достижимо ли это, если ответы на задачи, решаемые нами, находятся в мире, «погрязшем во зле»? Нет, конечно! Но это не означает, что нам следует из мира удалиться. Подобное бегство до добра не доведёт. Лучше соизмерять свои силы и решать соответствующие им проблемы.

Во внешней действительности нам ничего не принадлежит, а потому и самые простые цели нередко оказываются недостижимыми. Но есть область жизни, где мы способны почувствовать себя хозяевами. Это мир нашей собственной души, осваивая который будем открывать в себе возможности, позволяющие управлять и внешними событиями.

У человека всегда остаётся свобода выбора между добром и злом, и отличить их друг от друга позволяет только совесть. Для обретения свободы от зла требуется соответствующее напряжение воли. Свобода не есть отрицание необходимости. Ведь если мы стали невольниками греха или болезни, то разве сможем укрепить свою жизнь без того, чтобы осознать необходимость принудить себя к освобождению из недолжного состояния?

Поэтому для своего же блага мы просто обязаны принять меры, обеспечивающие установление мира в собственном сердце. Для этого необходимо помнить слова Христа о том, что прежде чем открыть своё сердце Богу, «принося дар свой к жертвеннику», «пойди … примирись с братом твоим… Мирись с соперником твоим скорее, пока ты ещё на пути с ним…» (Мф. 5:23–25).

Почему именно миротворцы будут названы сынами Божьими? Вспомним о том, что Бог есть Любовь. А разве может человек, не имеющий настоящей любви в своём сердце, умиротворить кого-либо? Получать благодать может лишь тот, кто способен даровать свои силы другим людям. Это возможно, когда душа очищается от страстей и гордыни. В обычной мирской жизни мы относимся к другим в лучшем случае равнодушно, а близких часто лишаем права даже на уважение. Мы привыкли причины своих проблем искать в тех, кто с нами имеет дело. А то, что многие принимают за любовь, является либо сочувствием слабости, либо выражением похоти. Любовь же является силой, пробуждающей в тех, на кого направлена, совершенные качества, то есть она проявляет сокровенную основу людей — образ Божий.

Вот когда посредством своего отношения к человеку делаем его сильнее и добрее, а не пробуждаем ропот и раздражение, тогда мы и становимся несущими миру мир. И, конечно же, если наше сердце способно отдавать любовь, то оно само начинает естественным образом наполняться благодатным духом. Человек сам по себе творить добро не способен, но как только наша воля соединяется с Его волей, сразу обретаем силу, позволяющую противостоять любым атакам зла. Если Господь с нами, то кто может устоять против нашей любви? Когда в нашем сердце живёт любовь, оно способно не только устанавливать мир в душах близких, но и достойно, без ожесточения и печали пережить гонения за приверженность к Истине.

 

О правдолюбии

 

«Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царствие небесное» (Мф. 5:10).

Человек может попасть только туда, куда он стремится на самом деле. Мы — там, где сосредоточено наше внимание. Сами по себе наши слова не имеют смысла, их не стоит принимать близко к сердцу. Чтобы узнать человека и его будущее, стоит выяснить, какие он преследует цели. Мы можем найти общий язык с другими только тогда, когда совпадают наши интересы. И если всё, к чему человек стремится, носит сугубо приземлённый характер, то если попытаемся приобщить его к истине, скорее всего, он нас не только не поймёт, но и постарается не иметь с нами дела.

Представьте себе человека, чьи глаза привыкли к темноте, и вдруг мы выводим его к яркому источнику света… Есть такое выражение — «правда глаза колет». Это действительно так. Сердце обычного, то есть такого же, как мы с вами, грешного человека, менее всего способно вынести то, что свидетельствует против него. Поэтому легче всего мы прощаем тех, кто слабее нас, ведь это оправдывает наши недостатки, позволяет не прикладывать особых усилий для изменения привычного образа жизни.

Когда в нашем окружении возникает человек, чей образ жизни является укором нашей бессовестной душе, даже если этот укор бессловесен, у нас возникает желание от него избавиться, найти в нём такое, за что можно осудить или просто оклеветать.

Во все времена больше всего преследовались именно праведники, а не грешники. Почему? Тут и объяснений искать особо не приходится. Если среди людей, находящихся в непрерывной борьбе за блага земные, оказываются те, кто утверждает и показывает на примере своей жизни, что эти блага и гроша ломаного не стоят, такие становятся для них настоящими врагами. Ибо они расшатывают привычные устои существования.

Тот из нас, кто хотел избавиться от какой-либо одной дурной привычки, понимает насколько это трудно. А когда среди нас появляется некто, утверждающий, что весь характер нашего бытия ложен, то с целью сохранения спокойствия мы постараемся такого человека объявить либо лгуном, либо ненормальным, либо преступником. В любом случае не желающий изменяться будет искать себе оправдание.

Лучше всего это можно сделать, сославшись на то, что мы поступаем как все. Следовательно, наше поведение вполне пристойно. Но если среди нас будет оставаться свидетельствующий об ином (а совесть даже со дна души не перестанет подтверждать его правоту) нам, конечно же, захочется, освободиться от беспокоящей причины.

Несущие правду о нас становятся хуже злодеев, которые непосредственно на нас не нападают. Потому Христа и предали смерти, даровав при этом жизнь откровенному преступнику, что истина, которую Он нёс людям, находила отклик в совести и требовала коренного изменения своего внутреннего мира. Конечно, легче убрать с глаз долой того, кто является прямым свидетелем наших грехов. Тем более что несущий нам правду вторгается в сокровенную, тайную область нашей жизни — в жизнь души. Примеряя к себе Его заповеди, разве кто-то из нас посмеет себя отнести к нормальным, духовно здоровым людям?

Если мы не желаем применить силу, проявить волю для осуществления перемен, нам правда будет не нужна. Ведь в результате придётся отказаться от всего, ставшего привычным, а привычка — вторая натура. Поэтому и гоним от себя прочь несущих нам свет истины.

Спрашивается, куда мы направляем этих людей, изгоняя из мира, погрязшего во зле? Если они не откажутся от истины, то, конечно же, в её царство. Поэтому, на самом деле, счастливы (блаженны) те, кого удаляют подальше от грязи. Кто не желает отказаться от Божьей правды, не может пойти никуда, кроме как в Небесное Царство, то есть к небу своей души, освобождая её пространство от греха. Царство Небесное — это не только место, куда уходят добрые люди после смерти, а то, куда они идут всю свою жизнь, освобождаясь от пут зла, превращающих уже на Земле жизнь в настоящий ад.

Тот, кто не отказывается нести в мир посредством своей души силу Христову, не будет обращать особого внимания на тех, кто не позволяет этого сделать. Тьма не может противостоять свету. Потому Христос нам говорит: «Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать, и всячески несправедливо злословить за меня» (Мф. 5:11).

Разве со времени Воскресения Христа что-либо на Земле изменилось к лучшему? На Земле — нет! И, пожалуй, мы всё глубже погружаемся в недолжное состояние. Но это не обозначает, что зло может окончательно восторжествовать. Ложь, сколь бы она ни была похожа на правду, заменить её не способна, ибо сама имеет в качестве единственного своего основания именно истину, которую хочет опровергнуть. Точно так же и тьма есть лишь отсутствие света, и она немедленно открывает всё скрываемое собою, как только появится свет. О праведниках Господь говорит: «Вы — свет мира… Да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела…» (Мф. 5:14,16).

Но чтобы тьма лжи не закрыла от нашего взора происходящее в мире на самом деле, мы не должны отводить взгляда от происходящего в собственной душе. Мир для нас есть наше о нём представление. И если оно формируется только под воздействием имеющихся в мире зла и греха, но при этом мы не видим, что они существуют лишь в виде слоя грязи на поверхности творения, налёта на сосуде нашей души, то не узнаем и правды о собственном предназначении. А она в том, что окружающие обстоятельства созданы нашим духом, а потому нам ничего не мешает изменять жизнь к лучшему, но только тогда, когда заставляем свой дух просвещаться силой и светом Христовой правды.

Ничто не укрепляет нашу жизнь так, как сохранение присутствия в себе чистого духа, когда нас начинают «гнать и злословить» за правду, свет которой, если его сохраняем в своей душе, неизбежно будет резать глаза душе, привыкшей ко тьме.

Нельзя не обращать внимания на события, происходящие вне нас, ибо это невозможно, но оправдывать то, что в нас остаётся неистреблённой склонность ко злу и лжи, тем, что они хозяйничают в миру, значит договариваться с сатаной. Желающий найти оправдание своей слабости незамедлительно найдёт прямо в своей душе защитника-адвоката. Следует понимать: из несовершенного состояния нам не выбраться в этой жизни, но это указывает на необходимость постоянного контроля за происходящим в нашем сердце и уме.

Разве может не болеть наше сердце, если близкие продолжают правду смерти воспринимать как правду жизни, а потому скользить в ад? И нас не должно смущать ни собственное несовершенство, ни болезни близких, ни их ожесточённое сопротивление тому, что способно их излечить. А потому, не прекращая попыток обретения истины и укрепления веры в своей душе, нам следует искать и пути спасения своих близких. Особенно важно следить за тем, чтобы мы сами не искушали их злом, нарушая закон.

Господь говорит: «…кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречётся в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречётся в Царстве Небесном» (Мф. 5:19). Однако при этом нужно помнить: нет ни одной причины считать себя лучше любого преступника, поэтому у нас нет причин гневаться и печалиться по поводу непонимания, хулы и нелюбви. Наше дело — узнавать в себе зло и до последнего вздоха молить Господа о даровании сил, очищающих от греха. Это означает, что мы не должны считать себя ничтожествами, но с предельной ответственностью относиться к тому, что в себе несём образ Божий.