А жизнь и есть тепло и торжество

А жизнь и есть тепло и торжество
К восьмидесятилетию поэтессы

* * *
Испания,
холмы твои, сады,
воспетые поэзией Галеви…
Земле, и королю, и королеве
служили мы до черной той беды…
Испания, горьки твои плоды!
Германия,
добры твои леса,
волшебные, как музыка ночная…
Мы верили в тебя, и в чудеса,
твоих поэтов знали голоса,
своей судьбы трагической не зная.
О, Украина,
свет твоих озер,
твоих лугов, и слов славянских милость.
Как верилось, как пелось, как любилось!
Ну, а потом погром, резня, позор…
Прощай и ты, чтоб всё не повторилось.
Как мы любили силу стран чужих!
Как верно им служили. Воевали.
На языках заемных воспевали.
А нас потом соседи убивали,
Закапывали в ров детей живых.
Израиль мой, земля твоя суха,
но к нам твоя любовь неизмерима.
И наша жизнь навек тобой хранима!
А нас опять волнует призрак Рима,
чужой надел и рабская соха…

 

* * *

Я снова прорехи в судьбе залатаю,

Я снова летаю, летаю, летаю,

И снова каёмка земли золотая,

Сияет над бездной моей.

И что мне до ада,

и что мне до рая –

Я лунные капли в подол собираю –

Нет этого света милей.

 

* * *

Простая сладость собственного крова,

Вдеванье нитки в лёгкую иглу.

Не приведи, Господь, есть со стола чужого

И жить в чужом углу.

Гудит мой век, и этот гул всё жестче,

Четыре ветра надо мной сошлись…

Не приведи, Господь, встречать чужие ночи

И жить чужую жизнь.

И воздух разряжен.

На красных крышах

То солнца свет, а то густая ночь.

Не приведи, Господь, чужой беды не слышать,

Не дай-то Бог, услышав – не помочь.

 

* * *

Я боялась опять оглянуться назад –

Белый снег горячее огня.

Там, где помнят деревья ещё нежный взгляд,

Там, где всё ещё любят меня.

И чего не коснёшься – как током пронзит,

И куда не посмотришь – беда.

И покажется вечным – случайный транзит,

И горит на губах лебеда.

И под тёмным покровом вчерашнего зла –

Открывается ясная синь.

И такое несметное бремя тепла

И добра – только руки раскинь.

 

* * *

Я бы ничего не замечала –

Только утра светлое начало

До возникновения теней.

Тьма клюёт покинутые окна,

Тёмный дух плетёт свои волокна…

Как печальны окончанья дней…

 

* * *

Милость, милосердие, прощение…

Божья кара кажется верней.

Ангелов уход и возвращение –

Вечная загадка наших дней.

И качаясь меж добром и гневом,

Маленький, как стебель, человек

Говорит то с бездною, то с небом,

Проклиная и любя свой век.

 

* * *

Все хлопоты дневные, все печали,

Все горести мои перемолоть,

И встанет вдруг за хрупкими плечами

Небесный ангел или сам Господь.

Я изучу узор листка живого

И расшифрую шелест сонных трав.

И наконец услышу Божье слово,

Хотя и Бог порой совсем неправ.

 

* * *

У лета короткая память,

У лета весёлая стать,

И бабочка, прямо на пламя,

Летит, и её не унять.

И сладок мне мир безоглядный,

Веснушки на белом лице.

И горький, горячий и жадный

День летний в цветочной пыльце.

 

* * *

Закалённое сердце не гнётся,

Вечер лунную пряжу прядёт,

Скоро новое утро начнётся,

Ну, а с ним, может, счастье придёт.

Век бездушный мой жив без опоры,

Чудо-лестница к небу летит,

Словно поезд старинный, нескорый.

 

Я поставлю на скатерти бранной

Чашу с горем и чашу с добром.

Я осталась такой же упрямой,

Словно мы никогда не умрём.

 

* * *

Вразуми меня, Господи милый,

Чтобы жили и дух мой, и стих,

Чтоб меня ничего не сломило

На дорогах, от страха слепых.

Чтобы труд был закончен и свёрстан,

Чтоб дышалось легко поутру,

Чтобы сердце не сделалось жёстким,

Леденея на голом ветру.

 

* * *

Что напоследок?

Слабый свет

Звезды ли иль огней –

И никаких ответов нет,

Не стала я мудрей,

И не прибавилось тепла,

Дней сократилась рать.

Какой бы малость не была,

Всё жаль её терять.

И что в конце? Остановись,

Так вот оно, житьё…

Смерть – просто прожитая жизнь,

Благослави её.

 

* * *

С утра светло,

а к вечеру – дожди,

Простой сюжет на разрешенье смертью,

И надо доживать.

Но подожди –

Ещё запретный отсвет на конверте,

Где от тебя последнее письмо…

И я во сне не нагадала б лучше,

И что теперь, мой друг, собрат, попутчик,

Что делать, если вдруг темным-темно.

Но проступает сквозь печали дня

Рисунок невозможного блаженства,

В чём суть его – не знаю,

в чём главенство,

Но каждый раз спасает он меня.

Как ни темнеет, не горит дотла,

Но в жизни, как в тяжелом материале,

Всегда неразличимые сияли

Серебряные ниточки тепла.

 

* * *

Земля всё дальше,

ближе небосвод.

И как нам знать, что приключится с нами.

Суть жизни не в словах, а за словами,

И лишь в молчаньи истина живёт.